Состоялось начало рассмотрения в арбитражном суде Новосибирской области заявления ООО П об оспаривании решения третейского суда, о котором я поминал ранее. Начало, но не конец.
Я уже писал, что заявитель (это то самое - "предприятие П", оно же - ООО П), конечно же, кое-чего суду не сообщил. Правда, не понятно мне - отчего он при этом держался так суперуверенно. Ну, не мог же он расчитывать на то, что мы не принесём в суд документы.
В общем дело развивалось так.
Мы передали отзыв представителю ООО П в 10 часов 35 минут. Судья, надо отдать ей должное (как раз О. Кругликова всегда пунктуальна; а точность - вежливость королей), пригласила нас в заседание именно в 11:00.
Ну, как всегда: объявление дела, представление...
Дошло до ходатайств и заявлений перед началом заседания.
И тутя попросил приобщить к материалам по делу Определение федерального суда общей юрисдикции Центрального района города Новосибирска, которым дело о том же предмете, по тому же основанию и между теми же лицами было рассмотрено и производством прекращено. А из этого определения ясно видно, что, как минимум, 27 марта 2006 года ООО П уже имело в руках оспариваемое третейское решение. На дворе-то - октябрь, а заявление об оспаривании було подано где-то в сентябре, то есть за пределами трёхмесячного срока, предусмотренного законодательством.
ф.с. О. Кругликова - человек не новый в судейской практике и держится прекрасно . Но и она не сумела сдержать явного удивления, что оказывается она вот тут и сейчас рассматривает дело, которое уже другим судом было рассмотрено и по нему вынесено решение, оканчивающее дело по существу и вступившее в законную силу. Да ещё, вдобавок ко всему, заявитель просрочил подачу заявления, причём просрочил не на день и не на два.
Ну, представитель ООО П, надо отметить, и ухом не повёл. Хоть, впрочем, и не отрицал, что ему это определение, а равно и все остальные судебные акты хорошо известны. Он доложил суть претензий, которая сводилась к тому, что третейский суд, по его мнению, вовсе не компетентен рассматривать споры о праве на недвижимое имущество.
Судья спросила, а что он думает по поводу фактически заявленных мною возражений... Он напрягся и попросил отложения, так как не успел вдумчиво ознакомиться с отзывом. Правда, он добавил, что у него "есть что ответить на это". Ну и ... нет, не отложили, но объявили перерыв в судебном заседании до 19 октября 2006 года.
Что ж. Подождём. Надо будет - ещё одну подачу изготовить.
А затем были типичные поездки по всяким-разным делам.
Одно наметилось действительно интересное.
А интерес этого дела в том, что в нём надо отработать методику квалификации сделки.
Проблема примерно такая.
Вот субъекты, - пусть их будет два, - заключают сделку. Называют её как-то в заголовке. Скажем, "Договор подряда". Возникает вопрос: достаточно ли такого вот названия, чтобы однозначно судить о такой сделке именно как о договоре подряда, а, скажем, не как о договоре оказания услуг или договоре купли-продажи.
Что будет, если в сделке, которая озаглавлена таким образом не хватает какого-нибудь существенного условия договора подряда? или каковы последствия такой сделки - как у договора подряда или как у договора, скажем, купли-продажи?
Вопрос на практике весьма не простой.
И разрешаться он, по моему мнению, может лишь анализом тех условий и правоотношений, которые есть в самой сделке, а не слов, в которые сделка оформлена.
То есть, в конечном итоге, для верной квалификации сделки надо выписать все правоотношения этой сделки, указать условные связи между ними, и только на основании такой картинки судить о содержании сделки, а, следовательно, и о её квалификации. А последствия... последствия сделки вытекают именно из квалификации таковой, но не наоборот.
Потом была колготня вокруг очередного фокуса УФРС с регистрацией права на недвижимое имущества, в основе признании которого лежит решение третейского суда, то есть всё те же брызги темы третейских судов и исполнительной власти. (А надзорная жалоба Чуенковой - всё также висит не рассмотренная в Верховном суде РФ, а до Конституционного суда РФ стараниями ф.с. М.А. Савельевой мы пока не дотопали). Опять мне пришлось убеждать, что выслушивать регистраторов и пытаться убедить их - значит, попусту терять время. Надо заниматься организацией судебного процесса.
Затем - написание челобитной прокурору на бездарных и ленивых следователей, которые, видно, только и умеют, как исполнять заказные обвинения, а когда дело доходит до охраны интересов частных лиц, то делают вид, что им-де это не под силу. Даже и в том случае, когда подозреваемые сами дают именно все основания для признания их умышленно совершившими хищение с обманом доверия (мошенничество - ст. 159 УК РФ).
И под занавес - приехали ко мне домой промышленники. там намечается целая сеть процессов.
Такая вот круговерть.
Завтра - встреча с м.с. Ю. Коневой, которая сделала всё, чтобы не выдать копию вынесенного ею решения. Видно, решила повторить фокус своей соседки по коридору.
вторник, октября 17
понедельник, октября 16
Тайна приоткрылась
Вот и прояснилась ситуация со странным судебным заседанием.
Оказывается, всё-таки ходатайство о восстановлении срока на обжалование было подано. И подано не нами. И даже не по тому делу, которое я поминал тут.
Поэтому надо излагать всё заново.
(Следим за датами!)
27 мая 2005 года решением федерального суда общей юрисдикции Советского района города Новосибирска с К. взысканы в пользу В. деньги.
В кассационном порядке это решение обжаловано не было.
7 июня 2005 года оно вступило в законную силу.
6 мая 2006 года должник - К. направил жалобу в порядке надзора жалобу в президиум Новосибирского областного суда.
18 мая 2006 года дело было истребовано в президиум.
17 июля 2006 года было вынесено определение об отказе в передачи дела на проверку в порядке надзора.
Тогда К. подал жалобу в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда РФ.
И вот тут он получил ответ, что жалобы подана за пределами срока, а восстановить срок для подачи надзорной жалобы может только и исключительно суд первой инстанции, который рассматривал дело по существу. То есть - федеральный суд общей юрисдикции Советского района города Новосибирска.
Вот о чём шла речь.
Ну, своё ходатайство К. мотивирует тем, что по его мнению время рассмотрения надзорной жалобы или истребованного по надзорной жалобе дела в суде надзорной инстанции не должно учитываться при исчислении годичного срока, в течение которого судебные постановления могут быть обжалованы в суд надзорной инстанции.
Полный сюрприз!
Отметим, что суд, извещая В. о времени и месте судебного заседания, именно не сообщил ему какое дело будет рассматриваться, а равномерно и не направил ему прилагающихся к ходатайству материалов.
Обо всём этом мы узнали буквально с началом судебного заседания.
Причём выяснилось, что заявитель К. никаких копий материалов для В. не приложил к своей жалобе, а ходатайство вообще было направлено в одном экземпляре.
Что, кстати, требовало от суда вообще-то оставить такое ходатайство без движения и предоставить срок для исправления недостатков. Но у суда - своеобразное зрение: кому другому бы он эту блямбу бы подвесил, да ещё и в особо извращённых формах. Кому другому бы... но только не К. Уж я теперь-то на этом суде отосплюсь!
Отсюда и сюрпризы.
Каюсь, впрочем: в предыдущем сообщении даты я таки переврал.
И вот тут-то в самый раз припомнить другие материалы, опубликованные тут же: вот тут и тут.
Писал я там о судебных уведомлениях. Точнее - упоминал, намекал...
Просто получилось так, что обнаружил я, что ГПК РФ не грех почитывать даже и по тем случаям, когда, вроде бы всё ясно и понятно.
Ну, скажите: как выглядят большинство судебных извещений?
Такая себе повесточка, а то и телеграмма, где указано - в качестве кого вас вызывают, куда, время, дата... иногда дело. Иногда!..
И вот ф.с. судья К. Гаврилец вдруг передо мной прямо в заседании (молодец - не надувает щёки и не корчит из себя всезнайку! молодец!) начинает ... читать ГПК РФ (эх, все бы судьи так делали!). А прочитавши, вдруг говорит: "Это хорошо, что Вы телеграмму не отослали. Я вот тут посмотрел - там не было сведений, которые должны быть в судебном извещении". Стало быть... он прав - нет таких сведений - нет извещения надлежащим образом. А это - безусловное основание для отмены любого, даже самого верного решения или определения.
Итак, а что же написано-то в ГПК РФ?
А вот что:
Оказывается, всё-таки ходатайство о восстановлении срока на обжалование было подано. И подано не нами. И даже не по тому делу, которое я поминал тут.
Поэтому надо излагать всё заново.
(Следим за датами!)
27 мая 2005 года решением федерального суда общей юрисдикции Советского района города Новосибирска с К. взысканы в пользу В. деньги.
В кассационном порядке это решение обжаловано не было.
7 июня 2005 года оно вступило в законную силу.
6 мая 2006 года должник - К. направил жалобу в порядке надзора жалобу в президиум Новосибирского областного суда.
18 мая 2006 года дело было истребовано в президиум.
17 июля 2006 года было вынесено определение об отказе в передачи дела на проверку в порядке надзора.
Тогда К. подал жалобу в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда РФ.
И вот тут он получил ответ, что жалобы подана за пределами срока, а восстановить срок для подачи надзорной жалобы может только и исключительно суд первой инстанции, который рассматривал дело по существу. То есть - федеральный суд общей юрисдикции Советского района города Новосибирска.
Вот о чём шла речь.
Ну, своё ходатайство К. мотивирует тем, что по его мнению время рассмотрения надзорной жалобы или истребованного по надзорной жалобе дела в суде надзорной инстанции не должно учитываться при исчислении годичного срока, в течение которого судебные постановления могут быть обжалованы в суд надзорной инстанции.
Полный сюрприз!
Отметим, что суд, извещая В. о времени и месте судебного заседания, именно не сообщил ему какое дело будет рассматриваться, а равномерно и не направил ему прилагающихся к ходатайству материалов.
Обо всём этом мы узнали буквально с началом судебного заседания.
Причём выяснилось, что заявитель К. никаких копий материалов для В. не приложил к своей жалобе, а ходатайство вообще было направлено в одном экземпляре.
Что, кстати, требовало от суда вообще-то оставить такое ходатайство без движения и предоставить срок для исправления недостатков. Но у суда - своеобразное зрение: кому другому бы он эту блямбу бы подвесил, да ещё и в особо извращённых формах. Кому другому бы... но только не К. Уж я теперь-то на этом суде отосплюсь!
Отсюда и сюрпризы.
Каюсь, впрочем: в предыдущем сообщении даты я таки переврал.
И вот тут-то в самый раз припомнить другие материалы, опубликованные тут же: вот тут и тут.
Писал я там о судебных уведомлениях. Точнее - упоминал, намекал...
Просто получилось так, что обнаружил я, что ГПК РФ не грех почитывать даже и по тем случаям, когда, вроде бы всё ясно и понятно.
Ну, скажите: как выглядят большинство судебных извещений?
Такая себе повесточка, а то и телеграмма, где указано - в качестве кого вас вызывают, куда, время, дата... иногда дело. Иногда!..
И вот ф.с. судья К. Гаврилец вдруг передо мной прямо в заседании (молодец - не надувает щёки и не корчит из себя всезнайку! молодец!) начинает ... читать ГПК РФ (эх, все бы судьи так делали!). А прочитавши, вдруг говорит: "Это хорошо, что Вы телеграмму не отослали. Я вот тут посмотрел - там не было сведений, которые должны быть в судебном извещении". Стало быть... он прав - нет таких сведений - нет извещения надлежащим образом. А это - безусловное основание для отмены любого, даже самого верного решения или определения.
Итак, а что же написано-то в ГПК РФ?
А вот что:
Статья 114. Содержание судебных повесток и иных судебных извещений
1. В судебных повестках и иных судебных извещениях должны
содержаться:
1) наименование и адрес суда;
2) указание времени и места судебного заседания;
3) наименование адресата - лица, извещаемого или вызываемого в суд;
4) указание, в качестве кого извещается или вызывается адресат;
5) наименование дела, по которому осуществляется извещение или вызов адресата.
2. В судебных повестках или иных судебных извещениях, адресованных лицам, участвующим в деле, предлагается представить в суд все имеющиеся у них доказательства по делу, а также указывается на последствия непредставления доказательств и неявки в суд извещаемых или вызываемых лиц, разъясняется обязанность сообщить суду причины неявки.
3. Одновременно с судебной повесткой или иным судебным извещением, адресованными ответчику, судья направляет копию искового заявления, а с судебной повесткой или иным судебным извещением, адресованными истцу, - копию объяснений в письменной форме ответчика, если объяснения поступили в суд.
А теперь ответьте мне на вопрос: как часто не соблюдается правило ст. 114 ГПК РФ в судах России?
То-то же! а - подчеркну - нарушение этого правила есть ни что иное как нарушение правила о надлежащем уведомлении участника по делу.
Эх, сколько же решений можно отменить!
воскресенье, октября 15
Что за заседание?
Завтра с утра ожидают сюрпризы.
Явно ожидают и явно сюрпризы.
ф.с. О. Сипцова из федерального суда общей юрисдикции Советского района города Новосибирска (она мне всё время делает замечание за то, что я улыбаюсь!) назначила судебное заседание о продлении срока на подачу кассационной жалобы.
Вообще-то никто никакого ходатайства о продлении срока на подачу кассационной жалобы не представлял, так что что-то тут не так.
Дело же было такое.
6 июня 2006 года означенная судья огласила резолютивную часть решения.
9 июня 2006 года копия решения в окончательной форме была получена нами на руки.
16 июня 2006 года подана кассационная жалоба.
Никаких отметок о дате или времени изготовления решения в окончательной форме ни в самом решении, ни в деле нет. (А вот интересно - как в таком случае, исходя из материалов по делу, можно вообще установить - когда именно изготовлено решение в окончательной форме?).
А теперь... обратите внимание - на дворе середина октября (!) - судья собирается рассматривать вопрос о продлении срока на обжалование.
Я, конечно, могу и ошибаться, но всё-таки по собственной инициативе суд подобный вопрос рассматривать вообще не вправе.
Следовательно, суд кто-то об этом просил.
Мы - не просили, да и просить не могли, так как при любом исчислении кассационная жалоба была подана вовсремя - до конца десятого дня с момента оглашения резолютивной части решения. То есть, конечно, можно предположить, что решение в окончательной форме было изготовлено несколько ранее, чем окончилось слушание, но такое предположение... м-м... несколько отдаёт Кащенко.
Хорошо, но тогда надо предположить, что ходатайство вообще подано не нами.
Кем?
Другой стороной?
Но вряд ли другая сторона писала кассационную жалобу. Во всяком случае нам никто никаких копий этой жалобы не направлял, да и смысла другой стороне писать кассационную жалобу, вроде бы нет. А такое ходатайство можно подать только и исключительно вместе с подачей кассационной жалобы.
Итак: ни одна изсторон не подавала ходатайства, которое завтра будет рассматривать в судебном заседании судья.
Но тогда каким образом вообще должно состояться судебное заседание?
Интересно и то, что судья дотянула это заседание аж до середины октября и не направила стороне материалы, которые будут рассматриваться в этом заседании. Последнее, кстати, указывает, что это могут быть только наши материалы, но мы-то не просили продлить сроков!..
Что-то в последнее время судьи начали играть со сроками обжалования. Что же это за поветрие такое?
Странно, очень странно...
Завтра - увидим.
Явно ожидают и явно сюрпризы.
ф.с. О. Сипцова из федерального суда общей юрисдикции Советского района города Новосибирска (она мне всё время делает замечание за то, что я улыбаюсь!) назначила судебное заседание о продлении срока на подачу кассационной жалобы.
Вообще-то никто никакого ходатайства о продлении срока на подачу кассационной жалобы не представлял, так что что-то тут не так.
Дело же было такое.
6 июня 2006 года означенная судья огласила резолютивную часть решения.
9 июня 2006 года копия решения в окончательной форме была получена нами на руки.
16 июня 2006 года подана кассационная жалоба.
Никаких отметок о дате или времени изготовления решения в окончательной форме ни в самом решении, ни в деле нет. (А вот интересно - как в таком случае, исходя из материалов по делу, можно вообще установить - когда именно изготовлено решение в окончательной форме?).
А теперь... обратите внимание - на дворе середина октября (!) - судья собирается рассматривать вопрос о продлении срока на обжалование.
Я, конечно, могу и ошибаться, но всё-таки по собственной инициативе суд подобный вопрос рассматривать вообще не вправе.
Следовательно, суд кто-то об этом просил.
Мы - не просили, да и просить не могли, так как при любом исчислении кассационная жалоба была подана вовсремя - до конца десятого дня с момента оглашения резолютивной части решения. То есть, конечно, можно предположить, что решение в окончательной форме было изготовлено несколько ранее, чем окончилось слушание, но такое предположение... м-м... несколько отдаёт Кащенко.
Хорошо, но тогда надо предположить, что ходатайство вообще подано не нами.
Кем?
Другой стороной?
Но вряд ли другая сторона писала кассационную жалобу. Во всяком случае нам никто никаких копий этой жалобы не направлял, да и смысла другой стороне писать кассационную жалобу, вроде бы нет. А такое ходатайство можно подать только и исключительно вместе с подачей кассационной жалобы.
Итак: ни одна изсторон не подавала ходатайства, которое завтра будет рассматривать в судебном заседании судья.
Но тогда каким образом вообще должно состояться судебное заседание?
Интересно и то, что судья дотянула это заседание аж до середины октября и не направила стороне материалы, которые будут рассматриваться в этом заседании. Последнее, кстати, указывает, что это могут быть только наши материалы, но мы-то не просили продлить сроков!..
Что-то в последнее время судьи начали играть со сроками обжалования. Что же это за поветрие такое?
Странно, очень странно...
Завтра - увидим.
суббота, октября 14
Парадоксы
Вчера пообещал одной юристке написать о юридических парадоксах.
Буду исполнять своё обещание.
Кстати, весьма интересно – как эти парадоксы будут разрешены. И будут ли они разрешены вообще.
1. Парадокс трёх процессов
Есть два гражданских судебных процесса.
первый - Сергей судится с Павлом
второй – Анна судится с Тамарой.
В первом из процессов (Сергей против Павла) установлено, что 4 янвабря 0004 года на земле не менее суток лежал снег
Во втором из процессов (Анна против Тамары) установлено, что 4 янвабря 0004 года снега на земле не было в течение одних суток.
Оба решения вступают в законную силу.
Проходит один год.
Никак решения ни по делу «Сергей против Павла», ни по делу «Анна против Тамары» отменить нельзя. Даже в порядке надзора.
Возникает третий процесс – процесс, в котором Анна судится с Тамарой.
Существенным обстоятельством, которое влияет на решение спора, является наличие или отсутствие снежного покрова 4 янвабря 0004 года в течение суток.
В третьем, последнем процессе происходит правопреемство: правопреемником Анны становится Сергей, а правопреемником Тамары – Павел.
Ни та, ни другая сторона процесса не имеет права возражать ни против того, что снег на земле 4 янвабря 0004 года лежал, ни против того, что снега в этот день на земле не было (п. 2 ст. 209 ГПК РФ).
Для суда же в силу п. 2 ст. 61 ГПК РФ обязательно и то, что снег был, и то, что снега не было.
Что делать суду?
2. Парадокс циклической комиссии
· Павел (комитент) заключил с Петром (комиссионер) договор комиссии, согласно которому Пётр должен приобрести для Павла плюшевого медведя по любой из сделок, включая субкомиссию.
· Пётр (комитент) заключил с Иваном (комиссионер) договор комиссии, согласно которому Иван должен приобрести для Петра плюшевого медведя, включая субкомиссию.
· Иван (комитент) заключил с Николаем (комиссионер) договор комиссии, согласно которому Николай должен приобрести для Ивана плюшевого медведя, включая субкомиссию.
· Николай (комитент) заключил с Павлом (комиссионер) договор комиссии, согласно которому Павел должен приобрести для Ивана плюшевого медведя, включая субкомиссию.
Пётр по договору купли-продажи приобрёл у Сидора плюшевого медведя, действуя как комиссионер Павла.
Кому принадлежит как собственность плюшевый медведь, являвшийся товаром по договору купли-продажи, заключённому и исполненному между Петром и Сидором?
3. Парадокс брокера
Александр был брокером, выполняя поручения клиентов на условиях договоров комиссии (Александр при этом был комиссионером своих клиентов).
Павел дал Александру 1000 рублей, чтобы Александр приобрёл акцию ОАО «Серый ветер»
Пётр дал Александру 1000 рублей, чтобы Александр приобрёл акцию ОАО «Серый ветер».
И Пётр и Павел – клиенты Александра. Договоры их заключены в одно и то же время.
Александр умер.
После него открылось, что он приобрёл на бирже одну акцию ОАО «Серый ветер», потратив 1000 рублей, а ещё 1000 рублей Александр не потратил.
Кому присудить право собственности на акцию ОАО «Серый ветер» - Петру или Павлу в споре между ними?
Буду исполнять своё обещание.
Кстати, весьма интересно – как эти парадоксы будут разрешены. И будут ли они разрешены вообще.
1. Парадокс трёх процессов
Есть два гражданских судебных процесса.
первый - Сергей судится с Павлом
второй – Анна судится с Тамарой.
В первом из процессов (Сергей против Павла) установлено, что 4 янвабря 0004 года на земле не менее суток лежал снег
Во втором из процессов (Анна против Тамары) установлено, что 4 янвабря 0004 года снега на земле не было в течение одних суток.
Оба решения вступают в законную силу.
Проходит один год.
Никак решения ни по делу «Сергей против Павла», ни по делу «Анна против Тамары» отменить нельзя. Даже в порядке надзора.
Возникает третий процесс – процесс, в котором Анна судится с Тамарой.
Существенным обстоятельством, которое влияет на решение спора, является наличие или отсутствие снежного покрова 4 янвабря 0004 года в течение суток.
В третьем, последнем процессе происходит правопреемство: правопреемником Анны становится Сергей, а правопреемником Тамары – Павел.
Ни та, ни другая сторона процесса не имеет права возражать ни против того, что снег на земле 4 янвабря 0004 года лежал, ни против того, что снега в этот день на земле не было (п. 2 ст. 209 ГПК РФ).
Для суда же в силу п. 2 ст. 61 ГПК РФ обязательно и то, что снег был, и то, что снега не было.
Что делать суду?
2. Парадокс циклической комиссии
· Павел (комитент) заключил с Петром (комиссионер) договор комиссии, согласно которому Пётр должен приобрести для Павла плюшевого медведя по любой из сделок, включая субкомиссию.
· Пётр (комитент) заключил с Иваном (комиссионер) договор комиссии, согласно которому Иван должен приобрести для Петра плюшевого медведя, включая субкомиссию.
· Иван (комитент) заключил с Николаем (комиссионер) договор комиссии, согласно которому Николай должен приобрести для Ивана плюшевого медведя, включая субкомиссию.
· Николай (комитент) заключил с Павлом (комиссионер) договор комиссии, согласно которому Павел должен приобрести для Ивана плюшевого медведя, включая субкомиссию.
Пётр по договору купли-продажи приобрёл у Сидора плюшевого медведя, действуя как комиссионер Павла.
Кому принадлежит как собственность плюшевый медведь, являвшийся товаром по договору купли-продажи, заключённому и исполненному между Петром и Сидором?
3. Парадокс брокера
Александр был брокером, выполняя поручения клиентов на условиях договоров комиссии (Александр при этом был комиссионером своих клиентов).
Павел дал Александру 1000 рублей, чтобы Александр приобрёл акцию ОАО «Серый ветер»
Пётр дал Александру 1000 рублей, чтобы Александр приобрёл акцию ОАО «Серый ветер».
И Пётр и Павел – клиенты Александра. Договоры их заключены в одно и то же время.
Александр умер.
После него открылось, что он приобрёл на бирже одну акцию ОАО «Серый ветер», потратив 1000 рублей, а ещё 1000 рублей Александр не потратил.
Кому присудить право собственности на акцию ОАО «Серый ветер» - Петру или Павлу в споре между ними?
пятница, октября 13
Третьи лица
Всегда интересно - как тот или иной юрист (юрист по роду деятельности, но не по бумагам и не по должности) рассуждает о необходимости привлечения в гражданский судебный процесс третьих лиц.В принципе текст, скажем, ст. 43 ГПК РФ выглядит совершенно ясным:
Есть предмет спора - g.
Есть основания спора - {R: r1,r2,r3,...,rn}
Если логически возможно, исходя из материалов по делу (иного источника сведений у суда нет и быть не может!), что может возникнуть право или обязанность по отношению к А или Б у некогорого В, то этот самый В и должен стать третьим лицом, не заявлющим самостоятельных требований относительно предмета спора.
Ну, поскольку третейские суды не принимают актов, имеющих общеобязательный (нормативный) характер, то с ними всё ясно: никаким третьим лицам там участвовать не обязательно.
С государственными судами дело обстоит значительно загадочнее.
Иногда читаешь определения о привлечении в дело этих самых третьих или, напротив, об отказе привлекать их и диву даёшься.
Один судья (это, возможно, было его заблуждение, а потому имя его назыаать пока не стоит) написал в определении о привлечении в дело третьего лица, что "судом усматриваются основания для привлечение ... в качестве третьего лица, поскольку в результате рассмотрения дела по существу его права, обязанности и интересы могут быть затронуты".
То есть, если следовать логике такого определения, которое несколько расходится в своём тексте с текстом законодательной нормы,- в норме говорится не о правах и обязанностях вообще, а только и исключительно о правах и обязанностях по отношению к одной из сторон процесса! - то в любой процесс следует привлекать бесчётное количество людей.
Не верите?
Демонстрирую.
Сидоров и Козлов спорят о том, кому принадлежит автомобиль.
Сидоров был женат на Сидоровой, ур. Никитиной, и у него есть дети: Петя и Маша.
Козлов и поныне женат на Коровиной и у них родилась дочка Зося.
О прочих родственниках я не говорю.
Петя и Маша - вероятные наследники Сидорова, Зося и Коровина - вероятные наследники Козлова.
Если автомобиль будет присуждён Козлову (равно как и Сидорову), то тем самым могут быть затронуты права всех указанных наследников.
Но и этого ещё мало.
Петя Сидоров вступал в сделки (ткните мне пальцем в того, кто в них не вступает!), и потому у него есть кредитор - Яков Доберман.
Если сократится наследственная масса Пети Сидорова, то сократится и возможность Якова Добермана удовлетворить его кредиторские требования. Интересы Якова Добермана, таким образом, также затронуты.
Но Козлов также должен уплатить по одной из сделок Антонине Гриценко. Если автомобиль будет присуждён Сидорову, то Антонина Гриценко лишится права обратить на сей автомобиль взыскание. Значит и права Антонины Гриценко также будут затронуты.
А поскольку платёжеспособность Антонины Гриценко зависит от возможности обращения взыскания, а у Антонины Гриценко есть кредитор - Иван Понарошкин, то интересы Ивана Понарошкина...
И так ad infinitum.
Когда я всё это высказал судье, то он ответил:
- Ну, не доводите всё до абсурда!
Я спросил:
- А где, по-Вашему, начинается абсурд и заканчивается предложенная Вами логика?
Вместо ответа на последний вопрос, судья, впрочем совершенно верно, заметил:
- Дак, так же можно всё население Планеты прилекать...
И вот тут я с ним соглашусь.
Однако... А как быть с его логикой?
Это определение обжаловать нельзя. Но ведь невозможность обжалования ещё, согласитесь, никак не означает, что суждение верно. Оно просто действует именно потому что не может быть обжаловано, а вовсе не потому что отвечает императивам разума.
То есть, утверждение о том, что такое определение нельзя обжаловать вообще, конечно же, само по себе не верно. Его можно обжаловать, но исключительно и только вместе с оканчивающим рассмотрение дела по существу актом.
Но тут могут возникнуть совершенно уже неожиданные эффекты.
Скажем П, привлечённый в процесс таким вот третьим лицом, привлечённый без законных оснований (ст. 43 ГПК РФ), представит суду некие доказательства. И суд, приобщив эти доказательства к материалам по делу, обопрётся на нах в решении. Пусть определение о привлечении П. будет признано нарушающим ст. 43 ГПК РФ, а, следовательно, незаконным. Оно может быть, таким образом отменено при рассмотрении жалобы на акт, заканчивающий дело по существу.
Но доказательства, представленные П., в таком случае представлены не лицом, которое принимало участие в производстве по делу. А тогда это - незаконно добытые, а значит - недопустимые доказательства. И решение должно быть непременно отменено.
Или во всяком случае - изменено.
Кстати, я до сих пор не понимаю - зачем вообще вводить понятие "измения решения", ведь если решение было вынесено, а затем изменена хоть точка его (кроме, конечно, случаев исправления грамматической ошибки, без изменения смысла фразы, либо придания ему смысла, который усмотреть было однозначно нельзя), то это означает, что старое решение было отменено (его уже нет в том виде), а на смену его вынесено новое решение с той самой добавленной точкой, а в остальном текстуально совпадающее.
Зато другой судья (это, как понятно, уже судья арбитражного суда), напротив - решил блеснуть своей судейской проницательностью и вынес определение, в котором отказал в привлечение к участию в деле вкачестве третьего лица, не заявляющего самостоятельныхтребований относительно предмета спора некого г-на Йозефа К., только на том основании, что "заявитель ходатайства не доказал, что права и обязанности г-на Йозефа К. изменятся в результате принятия судебного акта".
Но при этом - спор шёл о правоотношении, в котором г-н Йозеф К. был... поручителем перед одной из сторон спора за исполнение обязательств другой стороной.
И этот самый судья отказался привлечь г-на Йозефа К., а затем вынес решение. А Арбитражный процессуальный кодекс РФ устроен таким странным образом, что такую вот ошибку как отказ в привлечении в дело третьего лица можно исправить лишь полной отменой решения и направлением его на новое рассмотрение в суд первой инстанции. А такое только возможно если... решение вступило в законную силу, то есть только и исключительно с уровня кассационной инстанции.
А ведь как сказала мне одна мировая судья (Бог с ним, с её именем):
- Среди всяких доказательств, решение суда имеет наивысшую силу.
Сказано это было не в процессе, изложено не в решении, потому такое мнение окончательно не оспоришь. А вот исходить из него судья эта - добросовестно будет.
Корпоративность, господа!
Статья 43. Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спораТо есть, если исходить из текста, то его следует понимать так.Есть А - истец.Есть Б - ответчик.
1. Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судом первой инстанции судебного постановления по делу, если оно может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству лиц, участвующих в деле, или по инициативе суда. <…>
Есть предмет спора - g.
Есть основания спора - {R: r1,r2,r3,...,rn}
Если логически возможно, исходя из материалов по делу (иного источника сведений у суда нет и быть не может!), что может возникнуть право или обязанность по отношению к А или Б у некогорого В, то этот самый В и должен стать третьим лицом, не заявлющим самостоятельных требований относительно предмета спора.
Ну, поскольку третейские суды не принимают актов, имеющих общеобязательный (нормативный) характер, то с ними всё ясно: никаким третьим лицам там участвовать не обязательно.
С государственными судами дело обстоит значительно загадочнее.
Иногда читаешь определения о привлечении в дело этих самых третьих или, напротив, об отказе привлекать их и диву даёшься.
Один судья (это, возможно, было его заблуждение, а потому имя его назыаать пока не стоит) написал в определении о привлечении в дело третьего лица, что "судом усматриваются основания для привлечение ... в качестве третьего лица, поскольку в результате рассмотрения дела по существу его права, обязанности и интересы могут быть затронуты".
То есть, если следовать логике такого определения, которое несколько расходится в своём тексте с текстом законодательной нормы,- в норме говорится не о правах и обязанностях вообще, а только и исключительно о правах и обязанностях по отношению к одной из сторон процесса! - то в любой процесс следует привлекать бесчётное количество людей.
Не верите?
Демонстрирую.
Сидоров и Козлов спорят о том, кому принадлежит автомобиль.
Сидоров был женат на Сидоровой, ур. Никитиной, и у него есть дети: Петя и Маша.
Козлов и поныне женат на Коровиной и у них родилась дочка Зося.
О прочих родственниках я не говорю.
Петя и Маша - вероятные наследники Сидорова, Зося и Коровина - вероятные наследники Козлова.
Если автомобиль будет присуждён Козлову (равно как и Сидорову), то тем самым могут быть затронуты права всех указанных наследников.
Но и этого ещё мало.
Петя Сидоров вступал в сделки (ткните мне пальцем в того, кто в них не вступает!), и потому у него есть кредитор - Яков Доберман.
Если сократится наследственная масса Пети Сидорова, то сократится и возможность Якова Добермана удовлетворить его кредиторские требования. Интересы Якова Добермана, таким образом, также затронуты.
Но Козлов также должен уплатить по одной из сделок Антонине Гриценко. Если автомобиль будет присуждён Сидорову, то Антонина Гриценко лишится права обратить на сей автомобиль взыскание. Значит и права Антонины Гриценко также будут затронуты.
А поскольку платёжеспособность Антонины Гриценко зависит от возможности обращения взыскания, а у Антонины Гриценко есть кредитор - Иван Понарошкин, то интересы Ивана Понарошкина...
И так ad infinitum.
Когда я всё это высказал судье, то он ответил:
- Ну, не доводите всё до абсурда!
Я спросил:
- А где, по-Вашему, начинается абсурд и заканчивается предложенная Вами логика?
Вместо ответа на последний вопрос, судья, впрочем совершенно верно, заметил:
- Дак, так же можно всё население Планеты прилекать...
И вот тут я с ним соглашусь.
Однако... А как быть с его логикой?
Это определение обжаловать нельзя. Но ведь невозможность обжалования ещё, согласитесь, никак не означает, что суждение верно. Оно просто действует именно потому что не может быть обжаловано, а вовсе не потому что отвечает императивам разума.
То есть, утверждение о том, что такое определение нельзя обжаловать вообще, конечно же, само по себе не верно. Его можно обжаловать, но исключительно и только вместе с оканчивающим рассмотрение дела по существу актом.
Но тут могут возникнуть совершенно уже неожиданные эффекты.
Скажем П, привлечённый в процесс таким вот третьим лицом, привлечённый без законных оснований (ст. 43 ГПК РФ), представит суду некие доказательства. И суд, приобщив эти доказательства к материалам по делу, обопрётся на нах в решении. Пусть определение о привлечении П. будет признано нарушающим ст. 43 ГПК РФ, а, следовательно, незаконным. Оно может быть, таким образом отменено при рассмотрении жалобы на акт, заканчивающий дело по существу.
Но доказательства, представленные П., в таком случае представлены не лицом, которое принимало участие в производстве по делу. А тогда это - незаконно добытые, а значит - недопустимые доказательства. И решение должно быть непременно отменено.
Или во всяком случае - изменено.
Кстати, я до сих пор не понимаю - зачем вообще вводить понятие "измения решения", ведь если решение было вынесено, а затем изменена хоть точка его (кроме, конечно, случаев исправления грамматической ошибки, без изменения смысла фразы, либо придания ему смысла, который усмотреть было однозначно нельзя), то это означает, что старое решение было отменено (его уже нет в том виде), а на смену его вынесено новое решение с той самой добавленной точкой, а в остальном текстуально совпадающее.
Зато другой судья (это, как понятно, уже судья арбитражного суда), напротив - решил блеснуть своей судейской проницательностью и вынес определение, в котором отказал в привлечение к участию в деле вкачестве третьего лица, не заявляющего самостоятельныхтребований относительно предмета спора некого г-на Йозефа К., только на том основании, что "заявитель ходатайства не доказал, что права и обязанности г-на Йозефа К. изменятся в результате принятия судебного акта".
Но при этом - спор шёл о правоотношении, в котором г-н Йозеф К. был... поручителем перед одной из сторон спора за исполнение обязательств другой стороной.
И этот самый судья отказался привлечь г-на Йозефа К., а затем вынес решение. А Арбитражный процессуальный кодекс РФ устроен таким странным образом, что такую вот ошибку как отказ в привлечении в дело третьего лица можно исправить лишь полной отменой решения и направлением его на новое рассмотрение в суд первой инстанции. А такое только возможно если... решение вступило в законную силу, то есть только и исключительно с уровня кассационной инстанции.
А ведь как сказала мне одна мировая судья (Бог с ним, с её именем):
- Среди всяких доказательств, решение суда имеет наивысшую силу.
Сказано это было не в процессе, изложено не в решении, потому такое мнение окончательно не оспоришь. А вот исходить из него судья эта - добросовестно будет.
Корпоративность, господа!
четверг, октября 12
Возвращение субъекта
Ну вот, опять мне рассказали повесть о "поганых третейских судьях".Уж и такие они и сякие, и бандиты, и жулики, и необъективные и безграмотные.
Какие-то даже примеры мне приводили. Причём в качестве критерия выставляли оценки судами государственными решений судов третейских. М-да, о том не помнили, что оценки-то по существу суды государственные третейским решениям не дают.
Ну, о качестве работы иных государственных судей, об их двойных, а то и тройных стандартах лучше мне не рассказывать. Тут можно привести и мою "Доску позора" и соответствующий раздел в журнале "Дике". Я полагаю, что ни одному третейскому судье не пришло бы в голову написать, что податель заявления, инициирующего производство по делу "не привёл доказательств, что оставление его заявления без движения препятствует дальнейшему движению по делу". (Только, Бога ради, не напрягайте мозги, пытаясь внять этому потоку сознания - это именно чушь в её первозданной форме!).
А вот судья арбитражного суда такое отмочила! И ничего - по прежнему судит.Но что меня более всего в этих ламентациях поражает, так это то, что говорят о третейских судах худо либо те, кто заключал третейские соглашения, либо те, кто вообще ни разу не пытался рассматривать спор. Более того, никто из этих завзятых критиков третейских судов не дерзнул утверждать, что надобно-де все суды выбросить в топку исключительно на том основании, что те или иные судьи по загруженности ли своей, малограмотности, заблуждению ли, ангажированности ли вынесли диковатое решение, вроде того, какое умудрилась вынести одна судья: она обязала истца (!) заложить все ходы и выходы из квартиры ответчика (!).
При этом при всём, надо предположить, что судья эта исписала три страницы убористым текстом, пребывая в своём уме и полном здравии.
А областной суд? А областной суд... оставил такое решение без изменения!
А всё-таки дело здесь именно в том, что ругать-то государственных судей ругают, но так как без государственных судов никуда, а мысль ленивая и пугливая как малолетний двоечник, не желает двигаться в сторону выработки проектов реформирования судебной системы (пусть, дескать, власть за нас придумает как её, собственно, родимую реформировать!), то и ругань в адрес судов государственных не заходит так далеко, как в адрес судов третейских.Эти-то, действительно, равные среди равных.
Но Боже мой, как же забывчивы эти поносящие третейские суды персоны!
Как они забыли времена, когда ругали во все корки кулаков-кровопийц, а ныне мы вдруг все выясняем для себя, что это были вовсе не кровопийцы; как резво требовали от власть предержащих ликвидировать банды "врагов народа", а нынче мы спокойно признаём, что уж кто-то, а вот как раз эти люди никакими врагами народу не были. И как же коротка память у тех, кто должен бы насторожиться именно в первую очередь, заметив такие явления, - у юристов.
Но нравственное начало молчит. А изощрённый в судебных дебатах ум ищет оправдания такой лености и страху.Тут один коллега мне сказал, что поскольку он юрист, то политикой он не занимается, а занят исключительно материей тонкой, правовой.
Ну, о тонкости самой правовой материи, я спорить с ним не могу, но насколько же нужно не видеть окружающего мира, чтобы не понимать, что занятие юриспруденцией при каждом вздохе меняет мир. Или может изменить, подобно тому, что искажение знака ашурского письма чревато искажением всего мироздания.
Ан нет, выражения выбираются сильные: "Поганые третейские суды!"
И не нужно ему рассуждать о том, что третейские суды - истинные и совершенно конкретные институты того самого гражданского общества во всей его грубой конкретике, о которой он сам пару дней назад с апломбом рассказывал симпатичной даме на какой-то встрече. На такой рассказл он теперь просто прищуривается и заявляет, что, дескать, гражданское общество ещё не построено и оно вообще представляет собою некую абстракцию.
Он не хочет видеть конкретного проявления этого гражданского общества. Не желает видеть его живое проявление. Его брожение и неупорядоченность, его необходимую случайность...
- Но помилуй, возьми же "Философию права"...
- Какую?
- Да хоть бы и Гегеля.
- Э! - заявил он мне. - А я с ним не согласен.
- С кем?
- С Гегелем...
- В чём же?
- Ну я это галиматью не осилил.
И вот тут-то я вспомнил:
доктор Борменталь, Филипп Филиппович и развалившийся на стуле субъект, рассуждающий о переписке Энгельса и Каутского:
Какие-то даже примеры мне приводили. Причём в качестве критерия выставляли оценки судами государственными решений судов третейских. М-да, о том не помнили, что оценки-то по существу суды государственные третейским решениям не дают.
Ну, о качестве работы иных государственных судей, об их двойных, а то и тройных стандартах лучше мне не рассказывать. Тут можно привести и мою "Доску позора" и соответствующий раздел в журнале "Дике". Я полагаю, что ни одному третейскому судье не пришло бы в голову написать, что податель заявления, инициирующего производство по делу "не привёл доказательств, что оставление его заявления без движения препятствует дальнейшему движению по делу". (Только, Бога ради, не напрягайте мозги, пытаясь внять этому потоку сознания - это именно чушь в её первозданной форме!).
А вот судья арбитражного суда такое отмочила! И ничего - по прежнему судит.Но что меня более всего в этих ламентациях поражает, так это то, что говорят о третейских судах худо либо те, кто заключал третейские соглашения, либо те, кто вообще ни разу не пытался рассматривать спор. Более того, никто из этих завзятых критиков третейских судов не дерзнул утверждать, что надобно-де все суды выбросить в топку исключительно на том основании, что те или иные судьи по загруженности ли своей, малограмотности, заблуждению ли, ангажированности ли вынесли диковатое решение, вроде того, какое умудрилась вынести одна судья: она обязала истца (!) заложить все ходы и выходы из квартиры ответчика (!).
При этом при всём, надо предположить, что судья эта исписала три страницы убористым текстом, пребывая в своём уме и полном здравии.
А областной суд? А областной суд... оставил такое решение без изменения!
А всё-таки дело здесь именно в том, что ругать-то государственных судей ругают, но так как без государственных судов никуда, а мысль ленивая и пугливая как малолетний двоечник, не желает двигаться в сторону выработки проектов реформирования судебной системы (пусть, дескать, власть за нас придумает как её, собственно, родимую реформировать!), то и ругань в адрес судов государственных не заходит так далеко, как в адрес судов третейских.Эти-то, действительно, равные среди равных.
Но Боже мой, как же забывчивы эти поносящие третейские суды персоны!
Как они забыли времена, когда ругали во все корки кулаков-кровопийц, а ныне мы вдруг все выясняем для себя, что это были вовсе не кровопийцы; как резво требовали от власть предержащих ликвидировать банды "врагов народа", а нынче мы спокойно признаём, что уж кто-то, а вот как раз эти люди никакими врагами народу не были. И как же коротка память у тех, кто должен бы насторожиться именно в первую очередь, заметив такие явления, - у юристов.
Но нравственное начало молчит. А изощрённый в судебных дебатах ум ищет оправдания такой лености и страху.Тут один коллега мне сказал, что поскольку он юрист, то политикой он не занимается, а занят исключительно материей тонкой, правовой.
Ну, о тонкости самой правовой материи, я спорить с ним не могу, но насколько же нужно не видеть окружающего мира, чтобы не понимать, что занятие юриспруденцией при каждом вздохе меняет мир. Или может изменить, подобно тому, что искажение знака ашурского письма чревато искажением всего мироздания.
Ан нет, выражения выбираются сильные: "Поганые третейские суды!"
И не нужно ему рассуждать о том, что третейские суды - истинные и совершенно конкретные институты того самого гражданского общества во всей его грубой конкретике, о которой он сам пару дней назад с апломбом рассказывал симпатичной даме на какой-то встрече. На такой рассказл он теперь просто прищуривается и заявляет, что, дескать, гражданское общество ещё не построено и оно вообще представляет собою некую абстракцию.
Он не хочет видеть конкретного проявления этого гражданского общества. Не желает видеть его живое проявление. Его брожение и неупорядоченность, его необходимую случайность...
- Но помилуй, возьми же "Философию права"...
- Какую?
- Да хоть бы и Гегеля.
- Э! - заявил он мне. - А я с ним не согласен.
- С кем?
- С Гегелем...
- В чём же?
- Ну я это галиматью не осилил.
И вот тут-то я вспомнил:
доктор Борменталь, Филипп Филиппович и развалившийся на стуле субъект, рассуждающий о переписке Энгельса и Каутского:
- Да не согласен я.И стало мне отчего-то не смешно - жутко!
- С кем? С Энгельсом или с Каутским?
- С обоими, - ответил Шариков.
- Это замечательно, клянусь богом. "Всех, кто скажет, что другая..." А что бы вы со своей стороны могли предложить?
- Да что тут предлагать... А то пишут, пишут... конгресс, немцы какие-то... Голова пухнет. Взять все да и поделить.
- Так я и думал, - воскликнул Филипп Филиппович, шлепнув ладонью по скатерти, - именно так и полагал.
- Вы и способ знаете? - спросил заинтересованный Борменталь.
- Да какой тут способ, - становясь словоохотливее после водки, объяснил Шариков, - дело не хитрое. А то что ж: один в семи комнатах расселился, штанов у него сорок пар, а другой шляется, в сорных ящиках питание ищет.
среда, октября 11
"Прописка"
Как же меня забодали обращения за исками о выписке.
Я уже устал всем объяснять, что:
- прописки в России уже нет как с 1992 года
- согласно целой веренице судебных актов сама по себе регистрация места жительства в органах внутренних дел или отсутствие таковой не оказывает никакого влияния на объём и осуществление гражданских прав или обязанности
Вот совсем свежий случай.
Жили-были двое супругов: супруга и супруг.
Некоторое время пожили и разбежались. Дело житейское.
Однако... бывший супруг не снялся с регистрации в квартире бывшей теперь уже супруги.
Мама бывшей супруги пришла ко мне и стала просить оформить иск в суд.
Сразу становится вопрос: а какое, собственно, право и чьё право нарушено, если наличие регистрации этого самого бывшего супруга по месту жительства или отсутствие такой регистрации никакого влияния на чьи бы то ни было права и обязанности (во всяком случае гражданско-правовые) не оказывает?
Ведь в суд можно обращаться только за защитой либо тех прав, которые уже нарушены, либо за защитой тех прав, которым существует угроза. А тут...
Посетительница, естественно, тянет своё: "А я не хочу, чтобы он..." и так далее.
В общем, вот так вот a la психоаналитик стал выяснять - а чем, собственно, ей мешает жить эта самая "прописка"?
В конце концов выяснилось, что всё дело в том, что плату за квартиру начисляют исходя из числа... зарегистрированных в ней. Полный абсурд! А кроме всего прочего, наши славные служители Мэрии вообще связывают право на приватизацию именно с этой самой регистрацией.
Весь юмор в том, что суды как раз такой глупости не делают. Ну, во всяком случае тогда, когда им даёшь почитать судебные акты Конституционного суда РФ.
Причём даже и в случае приватизации.
Свежайшие случаи.
1.
На Красном проспекте в своё время сгорел подъезд дома.
Натурально, людей разместили в мобильном фонде. Подъезд с грехом пополам начали восстанавливать.
Восстановили. Правда ещё на тот момент в эксплуатацию не сдали.
Тогда П. обращается в федеральный суд общей юрисдикции Центрального района города Новосибирска с иском к Мэрии о предоставлении ему двухкомнатной квартиры. Основание: утрата предыдущей (она не была приватизирована) и снятие с регистрации.
Решение: в иске отказать, так как он имеет право вселиться в свою родную. Хотя там уже и не зарегистрирован.
2.
С. (тоже погорелец) тогда же обращается в тот же суд с иском о приватизации квартиры. Мэрия против приватизации, так как С. снялся с регистрации.
Решение суда: обязать заключить договор приватизации, так как наличие или отсутствие регистрации само по себе не влияет на гражданские права и их осуществление, в том числе и на право на приватизацию квартиры.
Ну это всё замечательно, но что же делать-то с посетительницей?
Анализируем.
Вопрос о том, что она хочет:
- приватизировать квартиру
- не платить за неживущего "бывшего"
Ни в том, ни в другом случае, вроде бы ей пока никто права не ущемляет.
Хочешь - обращайся с заявлением. Не хочешь - не плати.
Но это закончится - она справедливо это предполагает - длиными судебными процессами с неясными исходами. Наши же суды просто в случае чего - грудью встают за жилкомхоз и Мэрию, даже если от жилкомхоза исходит явно навязанная услуга, а договора вообще никакого нет.
Ну вот что тут скажешь?А что, в сущности-то, тут надо?А надо установить обстоятельство непроживания. Один раз для обоих возможных процессов.
Однако это - не юридический факт. Во всяком случае, такая интерпретация этого не пройдёт - там обнаружится спор. Более того - спор будет спровоцирован.
Следовательно, надо конструировать и готовить установочный процесс.
И пусть потом опять мне пеняют за использование этого инструмента. А куда деваться, раз чиновники и судьи слабо соображают, что есть Постановление КС РФ, и они для них - абсолютны? Как, впрочем,и для нас.
Ладно. Осталось только выбрать суд...
Впрочем о последнем выборе я лучше громко умолчу.
вторник, октября 10
Сеанс саморазоблачения ВАС РФ
Эге, Высший Арбитражный Суд РФ показал свою физиогномию. Опубликовал глубокомысленный прожэкт ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты по вопросу определения полномочий третейских судов и международных коммерческих арбитражей». Прожэкт этот, отметим - типичный сеанс саморазоблачения ВАС РФ. Разоблачаются:
- неграмотность
и
- сервильность
арбитражных судей.
Он невелик и потому начать высказываться по нему можно немедленно. Вот что приходит в голову сразу:
- Внесение подобного законопроекта доказывает то, что на сегодняшний день вся практика отказа в регистрации на основании решений третейских судов незаконна. В противном случае de lege ferenda подобные поправки совершенно бессмысленны. Итак, самим внесением такого законопроекта ВАС РФ признаёт свою неправоту и неправоту арбитражных судов de lege lata. И неправоту заведомую для них. Надо бы ответить что – попались!
- Интересно, а отчего же тогда вносятся изменения только и исключительно в Арбитражный процессуальный кодекс РФ (как будто бы подобные правоотношения существуют только как процессуальный аспект так называемых экономических споров! - что это, кстати, за зверь такой). То есть, надо так понимать, что спор с участием физического лица вполне входит в компетенцию третейских судов, а вот только с составом из юридических лиц – нет.
Генитально! - как заявили бы падонки.
Причём, надо иметь в виду, что в самые законы о третейских судах и международном коммерческом арбитраже изменения отнюдь не вносятся. - Есть и ещё одна забавная особенность в представлении арбитражных судов о соотношении возникновения и регистрации прав, вскрытая этим проектом.
В п. 2 ст. 8 ГК РФ, они читают только и исключительно до запятой, отделяющей оговорку: «если иное…». А вот как раз это правило, правило исключения, и устанавливает возможность возникновения права отдельно от государственной регистрации. А заодно разводит в стороны государственную регистрацию и возникновение права. Изменению эта оговорка, кажется, не подвергается. Следовательно, третейские суды, действуя на основании «своего» закона будут выносить решения, из которых будет возникать право, но оно не будет подлежать регистрации. Замечательно! Ну да… а тогда что же будут отображать ЕГРП и все остальные государственные и прочие реестры и выписки из них? - Если лица, которые не принимали участия в третейском заседании, могут защищать своё право не общим образом, а также и оспариванием решения третейского суда, то каким образом будет соблюдено правило о конфиденциальности третейского разбирательства? Каким образом и как эти третьи лица смогут представить в арбитражный суд третейскую запись?
- В ГПК РФ, надо понимать, и во все международные договоры, согласно которым Россия обязана признавать на своей территории решения иностранных третейских судов (арбитражей), изменения не вносятся. Но тогда явно и прямо нарушается принцип равенства всех перед судом и законом.
- Странным образом арбитражный суд рассматривает вопрос возникновения обязанности государственной регистрации. Он полагает, что решение третейского суда (да зачем третейского – просто суда!) изменяет обязанность государственного регистратора. А между тем, государственный регистратор действует исключительно по заявлению стороны, а значит, от решения суда до государственной регистрации есть ещё один волевой акт. Точно так же действует и иной суд – он будет исходить из того, что право существует, но исключительно тогда, когда к нему обратятся и приведут такой довод и принесут доказательства. До этого – он ничего не знает, ни о чём не судит. Но ведь это означает, что решение третейского суда само по себе вовсе не возлагает никакой обязанности ни на кого, кроме соответствующей стороны. Равно как и решение любого иного суда.
Кстати, а что делать со всеми решениями, которые были уже вынесены до этих поправок и вообще ещё во времена, когда третейские суды действовали исключительно на основании Приложения к ГПК РСФСР и письма Главного государственного арбитра СССР?
Потому-то и впечатление такое, что этот законопроект писали сервильные государственной исполнительной власти неучи. Впрочем, а по-настоящему просвещённый человек разве может быть сервильным?
понедельник, октября 9
Эпистолярный жанр судей
Вообще говоря, это происходит не впервые.
Помнится некий судья Михайленко из Новосибирского областного суда (тогда он ещё не был председателем оного), позволил себе вернуть дело из кассационной коллегии в суд первой инстанции на "дооформление"; при этом потребовал приложения документов, которые вообще не рассматривались судом первой инстанции, и рассматривать которые суду было вовсе не надо. Ну, например, "основание полномочий третейского суда". А дело, которое рассматривал суд первой инстанции не было делом об оспаривании решений третейского суда, либо спором о его компетенции. Просто, по-видимому, у ф.с. Михайленко не хватило грамотности самому посмотреть в закон и почитать его. Но удивительно то, что у него хватило дерзости совершить ряд действий, вроде возврата дела в суд первой инстанции на "дооформление", действий, на которые он вообще никакого права не имел.
Однако - это так, исторический анекдот.
Ну, вернёмся к текущему.
В Новосибирский областной суд, как в суд первой инстанции был направлен иск К. к В. о расторжении договора подряда. Основание, которое выдвигал К., состояло в том, что работа, кою К. предстояло сделать, по его мнению, была связана с государственной тайной в смысле ФЗ "О государственной тайне" (создание алгоритма анализа шифрованных сообщений и дешифратора таковых), К. лицензий на подобную деятельность не имел, следовательно, как считает К., договор подлежал расторжению, а первой инстанцией должен был быть именно областной суд, поскольку дело связанно с государственной тайной.
Исковое заявление попало на рассмотрение к ф.с. Т.М. Решетниковой, относительно недавно назначенной в Новосибирский областной суд из зам. председателя по гражданским делам федерального суда общей юрисдикции Центрального района города Новосибирска.
Так что ж сделала ф.с. Т.М. Решетникова?..
А вот что.
Она определением возвратила исковое заявление и все приложения к нему, мотивировав своё определение именно тем, что по её скромному мнению (которое, как она, верно, считает, "хрен оспоришь") в данном случае нет никакой государственной тайны. То есть, надо так понимать, эта дама разрешила уже дело по его существу!
Ну, на сие славное определение, конечно, была написана ядовитая частная жалоба. Впрочем, яду там было вполне умеренно. Можно было бы подпустить и больше.
Однако ф.с. Т.М. Решетниковой показалось мало.
А ну-ка скажите - что должен был сделать Новосибирский областной суд, получив частную жалобу?
Ради смеха, не буду приводить текст статьи ГПК РФ. Но уж даже если лень не даст заглянуть туда самостоятельно, то поверьте на слово - всё, что угодно, но только не то, что сотворила ф.с. Т.М. Решетникова.
Она взяла, да написала личное письмо заявителю.
Личное сие послание было написано на бланке Новосибирского областного суда. Видимо для придания такому посланию большей солидности.
Оно совсем не длинное, можно заглянуть по приведённой ссылке и убедиться в этом. В нём - ни "здрасьте", ни "до свидания", но зато есть разъяснение нужд адресата.
И этого прощать нельзя.
Мало того, что ф.с. Т.М. Решетникова безобразно и вопреки закону затянула сроки рассмотрения частной жалобы на неё, так она ещё и взялась поучать - какие необходимости есть у заявителя. И лгать об отсутствии возможностей направить жалобу в Верховный суд.
И ни слова, ни полслова извинений за нарушение судьёй законодательства. Расчёт явно на "дурака".
Ну вот на это и было ей написан ответ. Написан так, чтобы уж мало не показалось. Как выразилась одна моя весьма симпатичная знакомая: "по самое "не балуйся"".
И я искренне полагаю, что так и должно быть. Это ф.с. Т.М. Решетникова служит нам, а не мы - ей.
А её эпистола, вкупе с ответом заявителя пополнили мою "Доску позора".
Но вообще-то есть такая проблема: а так ли уж верно положение, согласно которому сам суд, на действия которого подаётся жалоба, рассматривает эту жалобу и направляет его в суд следующей инстанции? Не создаёт ли это почву для элементарных злоупотреблений властью?
Вот, например, один судья взял моду отвечать заявителям... письмами. А когда они попытались обжаловать эти письма, то другой судья того же суда направил им другое письмо, в котором указал, что письма - не определения и их не обжалуют...
Ясно, что по таким случаям плачет ККС, но что делать с правами людей?
Помнится некий судья Михайленко из Новосибирского областного суда (тогда он ещё не был председателем оного), позволил себе вернуть дело из кассационной коллегии в суд первой инстанции на "дооформление"; при этом потребовал приложения документов, которые вообще не рассматривались судом первой инстанции, и рассматривать которые суду было вовсе не надо. Ну, например, "основание полномочий третейского суда". А дело, которое рассматривал суд первой инстанции не было делом об оспаривании решений третейского суда, либо спором о его компетенции. Просто, по-видимому, у ф.с. Михайленко не хватило грамотности самому посмотреть в закон и почитать его. Но удивительно то, что у него хватило дерзости совершить ряд действий, вроде возврата дела в суд первой инстанции на "дооформление", действий, на которые он вообще никакого права не имел.
Однако - это так, исторический анекдот.
Ну, вернёмся к текущему.
В Новосибирский областной суд, как в суд первой инстанции был направлен иск К. к В. о расторжении договора подряда. Основание, которое выдвигал К., состояло в том, что работа, кою К. предстояло сделать, по его мнению, была связана с государственной тайной в смысле ФЗ "О государственной тайне" (создание алгоритма анализа шифрованных сообщений и дешифратора таковых), К. лицензий на подобную деятельность не имел, следовательно, как считает К., договор подлежал расторжению, а первой инстанцией должен был быть именно областной суд, поскольку дело связанно с государственной тайной.
Исковое заявление попало на рассмотрение к ф.с. Т.М. Решетниковой, относительно недавно назначенной в Новосибирский областной суд из зам. председателя по гражданским делам федерального суда общей юрисдикции Центрального района города Новосибирска.
Так что ж сделала ф.с. Т.М. Решетникова?..
А вот что.
Она определением возвратила исковое заявление и все приложения к нему, мотивировав своё определение именно тем, что по её скромному мнению (которое, как она, верно, считает, "хрен оспоришь") в данном случае нет никакой государственной тайны. То есть, надо так понимать, эта дама разрешила уже дело по его существу!
Ну, на сие славное определение, конечно, была написана ядовитая частная жалоба. Впрочем, яду там было вполне умеренно. Можно было бы подпустить и больше.
Однако ф.с. Т.М. Решетниковой показалось мало.
А ну-ка скажите - что должен был сделать Новосибирский областной суд, получив частную жалобу?
Ради смеха, не буду приводить текст статьи ГПК РФ. Но уж даже если лень не даст заглянуть туда самостоятельно, то поверьте на слово - всё, что угодно, но только не то, что сотворила ф.с. Т.М. Решетникова.
Она взяла, да написала личное письмо заявителю.
Личное сие послание было написано на бланке Новосибирского областного суда. Видимо для придания такому посланию большей солидности.
Оно совсем не длинное, можно заглянуть по приведённой ссылке и убедиться в этом. В нём - ни "здрасьте", ни "до свидания", но зато есть разъяснение нужд адресата.
И этого прощать нельзя.
Мало того, что ф.с. Т.М. Решетникова безобразно и вопреки закону затянула сроки рассмотрения частной жалобы на неё, так она ещё и взялась поучать - какие необходимости есть у заявителя. И лгать об отсутствии возможностей направить жалобу в Верховный суд.
И ни слова, ни полслова извинений за нарушение судьёй законодательства. Расчёт явно на "дурака".
Ну вот на это и было ей написан ответ. Написан так, чтобы уж мало не показалось. Как выразилась одна моя весьма симпатичная знакомая: "по самое "не балуйся"".
И я искренне полагаю, что так и должно быть. Это ф.с. Т.М. Решетникова служит нам, а не мы - ей.
А её эпистола, вкупе с ответом заявителя пополнили мою "Доску позора".
Но вообще-то есть такая проблема: а так ли уж верно положение, согласно которому сам суд, на действия которого подаётся жалоба, рассматривает эту жалобу и направляет его в суд следующей инстанции? Не создаёт ли это почву для элементарных злоупотреблений властью?
Вот, например, один судья взял моду отвечать заявителям... письмами. А когда они попытались обжаловать эти письма, то другой судья того же суда направил им другое письмо, в котором указал, что письма - не определения и их не обжалуют...
Ясно, что по таким случаям плачет ККС, но что делать с правами людей?
Изменение режима комментирования
Не обратил внимания, что в настройках стояло дозволение комментировать сообщения только для зарегистрированных пользователей.
Изменил режим.
Теперь комментировать могут все.
Можно ли ждать комментариев?..
Фокусы мировых судей
Сегодня позвонили доверители.
Заявили, что мировой судья не выдаёт решение, так как оно "не готово".
Знакомый фокус. Во всяком случае подозреваю и весьма основательно, что это именно фокус, а не добросовестное поведение. А поскольку такое вот проделывалось уже у мировых судей Заельцовского района города Новосибирска, есть смысл предупредить остальных.
Но вначале о существе дел. Просто для того, чтобы было понятно.
Собственно фабула дела, по которому мне звонили доверители.
Некто О. подписал с С. договор купли-продажи квартиры, где О. был покупателем.
Такой же договор О. подписал и с К.
Исполняя свои обязательства как покупателя, О. передал и С. и К. суммы денег.
Затем О. умер. А в наследство вступила его жена - назовём её: жена О.
Федеральный суд общей юрисдикции Центрального района города Новосибирска признал оба договора незаключёнными, а равно и установил факты передачи сумм и сами суммы. Это решение уже вступило в законную силу.
Тогда жена О. заключила договор поручительства (ст. 361 ГК РФ) с Р., в соответствии с которым Р. должна была исполнить обязательства за К. и С. в части части обязательств, возникающих из неосновательного обогащения. Ну, а неосновательное обогащение понятно откуда: получены деньги без основания - договоры-то незаключены.
Жена О. обратилась к мировому судье 5-го судебного участка Заельцовского района - м.с. Ю. Коневой с иском к Р., привлекая и С. и К. в качестве третьих лиц, не заявлющих самостоятельных требований относительно предмета спора.
Так вот, при полной доказанности (в силу п. 2 ст. 61 ГПК РФ) как факта получения сумм, так и обстоятельства незаключённости договоров купли-продажи, м.с. Ю. Конева отказала в удовлетворении иска.
Интересно то, что при этом мировой судья чем только не интересовалась в процессе. Дело дошло до того, что она завала вопрос: а отчего это жена О. не направит прямой иск к С. или К? Вообще-то - какое её дело? И не слишком ли наши судьи начали много проявлять любопытства? Ведь если подача иска и обращение в суд вообще - субъективное право, то с какой стати человек вообще обязан давать объяснения кому бы то ни было, а тем более, представителю государственной власти о том, почему это именно он использовал своё, подчёркиваю - субъективное право?! Ну ладно...
Так вот. В заседании была объявлена резолютивная часть решения. Только резолютивная! (Хотя, если подходить строго, то и вводная и резолютивная, но почему-то никто не обращает внимание на вводную часть, а говорят все только о резолютивной, хотя вводная часть решения - тоже часть решения)
По закону решение должно быть готово в своём окончательном виде в течение 5 дней с момента объявления резолютивной части. И не пяти рабочих дней, а просто - в течение пяти дней, то есть - дней календарных. Но вообще-то этого правило мало кто из судей придерживается. В принципе, это понять можно - работа лошадиная у них, загрузка... как бы это сказать поэкспрессивнее... аццкайа. Ладно, это - можно простить, если понимаешь их. Я понимаю.
Ну вот и допонимался. Сегодня доверители позвонили судье, и она им сказала, что решение пока не готово.
А что собственно допонимался? - ага, сейчас расскажу.
Я не стал бы бить тревоги по сему поводу, если бы до этого другой судья этого же района - м.с. 3-го судебного участка, некая Борисова не проделала бы следующий фокус.
Она рассматривала дело по иску М. к Б.
Рассмотрела. Разрешила более чем криво.
Произошло это... тут надо проследить за датами, скажем, 27 апреля. При этом она огласила только резолютивную часть, естественно.
6 мая М. приходит к ней и просит дать решение.
Собственно м.с. Борисовой он не видит, а её секретарь отвечает ему, что это решение ещё не готово, а судья - на больничном.
Поскольку М. пришёл не один, а вместе с г-жой У., то она составляют акт, в котором фиксируют как просьбу М, так и ответ секретаря, ну и, разумеется, время.
Когда М. получает по почте решение, он направляет апелляционную жалобу, в которой также просит продлить срок на обжалование, мотивируя ходатайство тем, что в срок решение не было готово, а получил он это решение только 11 июня (последнее видно из календарного штемпеля на конверте).
м.с. Борисова отказывает М. в продлении срока на обжалование, мотивируя свой отказ тем, что он... пропустил срок на обжалование. Мотивировка, согласитесь - хоть куда. Судье даже не пришло в голову, что непропуск срока для обжалования как раз является основанием для отказа в продлении такового, а сам по себе пропуск как раз и даёт право ссылаться в обоснование своего ходатайства о продлении срока на уважительность причин такого пропуска. Ну, в самом деле - если жалоба подана вовремя, то о каком продлении срока на обжалование вообще может идти речь. Так что если следовать логике м.с. Борисовой, то определение о продлении срока на обжалование вообще вынести нельзя: если срок не пропущен - нет права на ходатайство, а если пропущен - нет права на продление.
Определение м.с. Борисовой об отказе в продлении срока на обжалование, естественно, обжалуется М.
К великому несчастью, эта частная жалоба попадает на рассмотрение к ф.с. Л.А. Курановой.
И что же делает Л.А. Куранова, видя перед собой акт, в котором прямо обозначено, что секретарь м.с. Борисовой сообщила 6 мая о неготовности решения?
А вот что.
Оказывается, в дело секретарь м.с. Борисовой подшивает своё объяснение (наверняка - с благословения и по просьбе самой м.с. Борисовой), о том, что решение было изготовлено... 27 мая. Объяснение, естественно, без даты, естественно, приобщено оно вне всяких процессов.
Я обращаю внимание суда, что сослаться на доказательство, полученное внепроцессуальным образом, то есть добытое незаконным способом, нельзя. Это доказательство недопустимо. Л.А. Куранова, правда, приобщает к материалам по делу акт, составленный М. (а куда деваться - этот акт прямо приложен к частной жалобе!). Однако в удовлетворении частной жалобы отказывает, мотивируя свой отказ весьма своеобразно.
Мотив был такой (набирайтесь терпения!):
возможно, что копия решения и не была готова 6 мая, однако суд обязан выдать не решение, а только его копию - само решение хранится в деле, а М. имел право самостоятельно знакомиться с материалами по делу и снимать копии.
Вот такой изыск.
И при том, что в акте - прямо указано, что секретарь говорила именно о неготовности не копии решения, а самого решения. Но этот пустячок, как и самый акт ф.с. Л.А. Куранова просто проигнорировала.
Теперь история с задержкой выдачи копии решения повторилась с другой мировой судьёй этого же района (в том же коридоре сидит). Л.А. Куранова сидит всё там же, а апелляционное определение можно обжаловать только в нашем замечательном президиуме Новосибирского областного суда, относительно которого ничего хорошего не известно.
Посему я послал доверителей для направления уже заявления м.с. Ю. Коневой о выдаче копии решения и составления акта о том, что такое решение ещё не готово. Причём потребовал,чтобы они взяли с собой диктофон.
Боже мой, до чего же мы докатились!...
Заявили, что мировой судья не выдаёт решение, так как оно "не готово".
Знакомый фокус. Во всяком случае подозреваю и весьма основательно, что это именно фокус, а не добросовестное поведение. А поскольку такое вот проделывалось уже у мировых судей Заельцовского района города Новосибирска, есть смысл предупредить остальных.
Но вначале о существе дел. Просто для того, чтобы было понятно.
Собственно фабула дела, по которому мне звонили доверители.
Некто О. подписал с С. договор купли-продажи квартиры, где О. был покупателем.
Такой же договор О. подписал и с К.
Исполняя свои обязательства как покупателя, О. передал и С. и К. суммы денег.
Затем О. умер. А в наследство вступила его жена - назовём её: жена О.
Федеральный суд общей юрисдикции Центрального района города Новосибирска признал оба договора незаключёнными, а равно и установил факты передачи сумм и сами суммы. Это решение уже вступило в законную силу.
Тогда жена О. заключила договор поручительства (ст. 361 ГК РФ) с Р., в соответствии с которым Р. должна была исполнить обязательства за К. и С. в части части обязательств, возникающих из неосновательного обогащения. Ну, а неосновательное обогащение понятно откуда: получены деньги без основания - договоры-то незаключены.
Жена О. обратилась к мировому судье 5-го судебного участка Заельцовского района - м.с. Ю. Коневой с иском к Р., привлекая и С. и К. в качестве третьих лиц, не заявлющих самостоятельных требований относительно предмета спора.
Так вот, при полной доказанности (в силу п. 2 ст. 61 ГПК РФ) как факта получения сумм, так и обстоятельства незаключённости договоров купли-продажи, м.с. Ю. Конева отказала в удовлетворении иска.
Интересно то, что при этом мировой судья чем только не интересовалась в процессе. Дело дошло до того, что она завала вопрос: а отчего это жена О. не направит прямой иск к С. или К? Вообще-то - какое её дело? И не слишком ли наши судьи начали много проявлять любопытства? Ведь если подача иска и обращение в суд вообще - субъективное право, то с какой стати человек вообще обязан давать объяснения кому бы то ни было, а тем более, представителю государственной власти о том, почему это именно он использовал своё, подчёркиваю - субъективное право?! Ну ладно...
Так вот. В заседании была объявлена резолютивная часть решения. Только резолютивная! (Хотя, если подходить строго, то и вводная и резолютивная, но почему-то никто не обращает внимание на вводную часть, а говорят все только о резолютивной, хотя вводная часть решения - тоже часть решения)
По закону решение должно быть готово в своём окончательном виде в течение 5 дней с момента объявления резолютивной части. И не пяти рабочих дней, а просто - в течение пяти дней, то есть - дней календарных. Но вообще-то этого правило мало кто из судей придерживается. В принципе, это понять можно - работа лошадиная у них, загрузка... как бы это сказать поэкспрессивнее... аццкайа. Ладно, это - можно простить, если понимаешь их. Я понимаю.
Ну вот и допонимался. Сегодня доверители позвонили судье, и она им сказала, что решение пока не готово.
А что собственно допонимался? - ага, сейчас расскажу.
Я не стал бы бить тревоги по сему поводу, если бы до этого другой судья этого же района - м.с. 3-го судебного участка, некая Борисова не проделала бы следующий фокус.
Она рассматривала дело по иску М. к Б.
Рассмотрела. Разрешила более чем криво.
Произошло это... тут надо проследить за датами, скажем, 27 апреля. При этом она огласила только резолютивную часть, естественно.
6 мая М. приходит к ней и просит дать решение.
Собственно м.с. Борисовой он не видит, а её секретарь отвечает ему, что это решение ещё не готово, а судья - на больничном.
Поскольку М. пришёл не один, а вместе с г-жой У., то она составляют акт, в котором фиксируют как просьбу М, так и ответ секретаря, ну и, разумеется, время.
Когда М. получает по почте решение, он направляет апелляционную жалобу, в которой также просит продлить срок на обжалование, мотивируя ходатайство тем, что в срок решение не было готово, а получил он это решение только 11 июня (последнее видно из календарного штемпеля на конверте).
м.с. Борисова отказывает М. в продлении срока на обжалование, мотивируя свой отказ тем, что он... пропустил срок на обжалование. Мотивировка, согласитесь - хоть куда. Судье даже не пришло в голову, что непропуск срока для обжалования как раз является основанием для отказа в продлении такового, а сам по себе пропуск как раз и даёт право ссылаться в обоснование своего ходатайства о продлении срока на уважительность причин такого пропуска. Ну, в самом деле - если жалоба подана вовремя, то о каком продлении срока на обжалование вообще может идти речь. Так что если следовать логике м.с. Борисовой, то определение о продлении срока на обжалование вообще вынести нельзя: если срок не пропущен - нет права на ходатайство, а если пропущен - нет права на продление.
Определение м.с. Борисовой об отказе в продлении срока на обжалование, естественно, обжалуется М.
К великому несчастью, эта частная жалоба попадает на рассмотрение к ф.с. Л.А. Курановой.
И что же делает Л.А. Куранова, видя перед собой акт, в котором прямо обозначено, что секретарь м.с. Борисовой сообщила 6 мая о неготовности решения?
А вот что.
Оказывается, в дело секретарь м.с. Борисовой подшивает своё объяснение (наверняка - с благословения и по просьбе самой м.с. Борисовой), о том, что решение было изготовлено... 27 мая. Объяснение, естественно, без даты, естественно, приобщено оно вне всяких процессов.
Я обращаю внимание суда, что сослаться на доказательство, полученное внепроцессуальным образом, то есть добытое незаконным способом, нельзя. Это доказательство недопустимо. Л.А. Куранова, правда, приобщает к материалам по делу акт, составленный М. (а куда деваться - этот акт прямо приложен к частной жалобе!). Однако в удовлетворении частной жалобы отказывает, мотивируя свой отказ весьма своеобразно.
Мотив был такой (набирайтесь терпения!):
возможно, что копия решения и не была готова 6 мая, однако суд обязан выдать не решение, а только его копию - само решение хранится в деле, а М. имел право самостоятельно знакомиться с материалами по делу и снимать копии.
Вот такой изыск.
И при том, что в акте - прямо указано, что секретарь говорила именно о неготовности не копии решения, а самого решения. Но этот пустячок, как и самый акт ф.с. Л.А. Куранова просто проигнорировала.
Теперь история с задержкой выдачи копии решения повторилась с другой мировой судьёй этого же района (в том же коридоре сидит). Л.А. Куранова сидит всё там же, а апелляционное определение можно обжаловать только в нашем замечательном президиуме Новосибирского областного суда, относительно которого ничего хорошего не известно.
Посему я послал доверителей для направления уже заявления м.с. Ю. Коневой о выдаче копии решения и составления акта о том, что такое решение ещё не готово. Причём потребовал,чтобы они взяли с собой диктофон.
Боже мой, до чего же мы докатились!...
воскресенье, октября 8
Исхожу из своего понимания
Так.
Для Б. я сегодня надзорную жалобу оформил.
Там ситуация до боли знакомая. История с легендарным домом по ул. Троллейная 7.
АОЗТ (затем - ЗАО, натурально) и "Сибсельмаш" взялись строить дом. Вернее всего, вероятно, было так: строить начал себе "Сибсельмаш", но потом деньги кончились и он начал искать - кто бы ему дом достроил. Так туда пришло АОЗТ. Последнее насобирало денег с людей, переименовалось, с кем-то там слилось. Или наоборот - слилось, а затем переименовалось, а потом... обанкротилось.
Но главная печаль и головная боль была в том, что на целый ряд квартир оказались "двойники".
Я рассуждал так:
"Инвестор" заключил с ЗАО договор, согласно которому ЗАО обязалось произвести работы, направленные на создание квартиры, а "инвестор" уплатить деньги. Такой обязательственный состав представляет классический договор подряда (ст. 702 ГК РФ).
Но в договоре подряда есть заказчик - этот тот, кто платит деньги подрядчику, и подрядчик - тот, кто обязан перед заказчиком произвести работы.
Предположим, что работа не закончена, а объект пребывает ещё в состоянии полуфабриката. Возникает вопрос: кому этот полуфабрикат принадлежит?
Если внимательно исследовать нормы законодательства: ст. 359, 712 и 729 ГК РФ, то станет понятна спервоначалу неочевидная мысль: объект подряда (не предмет договора, предметом договора подряда является не вещь, а обязанность определённой деятельности) на всех стадиях своего создания является собственностью... заказчика. Вне зависимости от того - передан этот объект ему заказчиком или нет. И никого другого.
Из сказанного следует, что банкротство строителя не может уничтожить право собственности на незавершённую квартиру, если хотя бы положено перекрытие, то есть если такая незавершённая квартира вообще существует в материальном смысле.
И интересно, что областной суд сделал исключение в таком понимании только и исключительно для дома №7 по ул. Троллейной в г. Новосибирске. Вероятно только потому, что за всем этим стоит "Сибсельмаш". Ну, по этому-то поводу я и писал надзорную жалобу, приложив анализ, который изложен в статье Дике №1(1).
Вычитал. Отдал жалобу и все приложения доверителю.
Так.
Что ещё?
Ага, вот эта самое определение о приостановлении, которое я хотел обжаловать из принципа.
Вот тут надо соображать.
Согласно определению ф.с. Кругликовой из арбитражного суда Новосибирской области заседание назначено на 17 октября 2006 года.
Допустим, что я напишу жалобу и завтра её подам.
Сначала её промурыжат дня три, как минимум. Затем разошлют копии и будут ждать возражений - ещё минимум дней 10. Так. Затем направят в областной суд - это ещё минимум дней 20.
Так. А что в арбитраже имеем?
Определение по этой категории дел может быть обжаловано только в кассационном порядке, то есть оно вступает в законную силу немедленно. Изготовлено оно будет, как я понимаю, дня через 3-4 после заседания. Заседание 17-го. Но тогда, вроде, нет смысла самим затягивать сроки.
А что будет в арбитражном суде?
Посмотрим.
Подано заявление об оспаривании решения трететйского суда.
Для Б. я сегодня надзорную жалобу оформил.
Там ситуация до боли знакомая. История с легендарным домом по ул. Троллейная 7.
АОЗТ (затем - ЗАО, натурально) и "Сибсельмаш" взялись строить дом. Вернее всего, вероятно, было так: строить начал себе "Сибсельмаш", но потом деньги кончились и он начал искать - кто бы ему дом достроил. Так туда пришло АОЗТ. Последнее насобирало денег с людей, переименовалось, с кем-то там слилось. Или наоборот - слилось, а затем переименовалось, а потом... обанкротилось.
Но главная печаль и головная боль была в том, что на целый ряд квартир оказались "двойники".
Я рассуждал так:
"Инвестор" заключил с ЗАО договор, согласно которому ЗАО обязалось произвести работы, направленные на создание квартиры, а "инвестор" уплатить деньги. Такой обязательственный состав представляет классический договор подряда (ст. 702 ГК РФ).
Но в договоре подряда есть заказчик - этот тот, кто платит деньги подрядчику, и подрядчик - тот, кто обязан перед заказчиком произвести работы.
Предположим, что работа не закончена, а объект пребывает ещё в состоянии полуфабриката. Возникает вопрос: кому этот полуфабрикат принадлежит?
Если внимательно исследовать нормы законодательства: ст. 359, 712 и 729 ГК РФ, то станет понятна спервоначалу неочевидная мысль: объект подряда (не предмет договора, предметом договора подряда является не вещь, а обязанность определённой деятельности) на всех стадиях своего создания является собственностью... заказчика. Вне зависимости от того - передан этот объект ему заказчиком или нет. И никого другого.
Из сказанного следует, что банкротство строителя не может уничтожить право собственности на незавершённую квартиру, если хотя бы положено перекрытие, то есть если такая незавершённая квартира вообще существует в материальном смысле.
И интересно, что областной суд сделал исключение в таком понимании только и исключительно для дома №7 по ул. Троллейной в г. Новосибирске. Вероятно только потому, что за всем этим стоит "Сибсельмаш". Ну, по этому-то поводу я и писал надзорную жалобу, приложив анализ, который изложен в статье Дике №1(1).
Вычитал. Отдал жалобу и все приложения доверителю.
Так.
Что ещё?
Ага, вот эта самое определение о приостановлении, которое я хотел обжаловать из принципа.
Вот тут надо соображать.
Согласно определению ф.с. Кругликовой из арбитражного суда Новосибирской области заседание назначено на 17 октября 2006 года.
Допустим, что я напишу жалобу и завтра её подам.
Сначала её промурыжат дня три, как минимум. Затем разошлют копии и будут ждать возражений - ещё минимум дней 10. Так. Затем направят в областной суд - это ещё минимум дней 20.
Так. А что в арбитраже имеем?
Определение по этой категории дел может быть обжаловано только в кассационном порядке, то есть оно вступает в законную силу немедленно. Изготовлено оно будет, как я понимаю, дня через 3-4 после заседания. Заседание 17-го. Но тогда, вроде, нет смысла самим затягивать сроки.
А что будет в арбитражном суде?
Посмотрим.
Подано заявление об оспаривании решения трететйского суда.
- одна из сторон третейского разбирательства - физическое лицо, не являющееся индивидуальным предпринимателем. Следовательно, по всем канонам компетентным судом в отношении указанного дела является суд общей юрисдикции, ведь компетентный суд определяется очень просто: достаточно ответить на вопрос - какой суд рассматривал бы дело, если бы оно не рассматривалось третейским судом? А заявление подано куда? - в суд арбитражный. А он - не является компетентным, а потому дело ему не подведомственно. Прекращение в соответствии с пп. 1) п. 1 ст. 150 АПК РФ.
- заявление подано кем? - ООО П, а оно не было стороной третейского разбирательства, а правом на оспаривание решения третейского суда обладают только и исключительно стороны третейского разбирательства и никто другой. Все остальные лица имеют право защищать свои права только в ином порядке. Например, через подачу самостоятельных исковых заявлений о виндикации, эвикции, негации и тому подобного. При этом третейское решение может быть использовано как несомненное доказательство угрозы их праву. Значит, заявление подано недолжным субъектом. Это, кажется, мы уже проходили. тут тоже - прекращение, в связи с нарушением п. 2 ст. 230 АПК РФ.
Ну это всё видно и из документов, поданных ими в арбитражный суд. Но вот чего ещё арбитражному суду не известно, так это то, что
- ООО П уже подавало подобное заявление в федеральный суд общей юрисдикции Центрального района г. Новосибирска (то есть знали, баловники, куда надо подавать-то заявление!). Последний рассмотрел это заявление и вынес определение о прекращении производства по делу. Вот так. И уж, конечно, мы это определеньице суду подадим для сведения. А тогда - действие ст. 221 ГПК РФ
Так. А в АПК РФ на этот счёт есть ст. 150:Статья 221. Порядок и последствия прекращения производства по делу
Производство по делу прекращается определением суда, в котором указывается, что повторное обращение в суд по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается
Значит и тут - прекращение. Только не по пп. 1) п. 1 ст. 150 АПК РФ, а по пп. 2) п. 1 ст. 150 АПК РФ. А нам-то что - не всё ли равно по какому именно основанию-то прекратят?!.Статья 150. Основания для прекращения производства по делу
1. Арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что:
1) ...
2) имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда;
3) ...
4) ...
5) ...
6) ...
7) ... - В определении федерального суда общей юрисдикции Центрального района г. Новосибирска по заявлению ООО П об оспаривании решения третейского суда прямо установлено, что ООО П не имеет права обращаться с такого рода заявлениями вообще. А это уже в силу п. 3 ст. 69 АПК РФ - обязательно для арбитражного суда.
Итого - 4 независимых основания для прекращения производства по делу. Крупно.
Кроме того, как раз г-жа Кругликова, насколько мне известно, свято блюдёт именно вопросы подведомственности спора. Это - замечательно. Тогда уверенность ещё выше. Следовательно, можно расчитывать, что числа 21-22 можно будет получить определение. И с высокой степенью уверенности такое определение будет в нашу пользу.
Однако тогда остаётся вопрос: а зачем они всё это затеяли?
В ООО П работают не дураки. Во всяком случае на это расчитывать не приходится. Значит, они видят безнадёжность подобного телодвижения. Что ещё? - Затягивание дела. Оно им ничего не даёт. Скорее - наоборот.
Допустим, что их единственной целью является возможность компрометации третейских судей. Но с другой стороны - зачем им это? Из пакости? Ну, тут не выйдет. Среди третейских судей встречаются всякие, но только не слабаки, которые будут сильно переживать оттого только, что некие господа из ООО П на них спустят собак. Да и посылать третейские судьи уже научились.
Но они же считают наши шаги. Зачем же они действуют именно так?
Стоп. Надо в таком случае действовать, всё-таки исходя из своего понимания. Иначе можно дорефлексировать до бесконечности: он знает, что я знаю, что он знает, что я знаю...
Из всего вывод: погорячился я. Пока обжаловать определение о приостановлении невыгодно. Просто невыгодно. Надо дать ему вступить в законную силу.
Но обжаловать-то хочется! Очень хочется. А вот как - обжалуем-ка его в надзорном порядке. Это будет и полезно и весело. И последствий никаких.
Неэтично потому что нелогично?..
Стоит проанализировать - какие возникали проблемы в течении недели.
Так-с.
Неэтичное поведение судьи во время судебного заседания.
Да, затем эта судья позвонила моей знакомой и высказала предположение, что я её недолюбливаю. Последнее совершенно не соответствует действительности - это чисто дамское. Я нормально отношусь как раз именно к этой судье, и меня дёргают её реакции именно потому что они диссонируют с моим отношением. Нет, всё-таки, я полагаю, что тут дело не во мне. Я прекрасно понимаю судейскую работу с её бесконечной рутиной и загрузкой, с её постоянным нахождением среди страстей, горя и конфликтов, с её жутко нечеловеческой необходимостью быть невозмутимым как "греческая статуя". Это - трудно. Очень трудно. Почти невыносимо.
И всё-таки, всё-таки, всё-таки.
Порою кажется, что барство, выражающееся в надменности и безапелляционности, судей не просто недостаток воспитания. Иначе следовало бы предположить, что отбор судей ведётся именно по признаку способности к охамению и наглости, что, конечно же, не так. Кажется, что оно является проявлением чего-то другого, системного. Ну просто невозможно себе представить, чтобы столько людей имело бы такие серьёзные пороки в поведении. Невозможно себе представить, чтобы они такими были в быту.
Иногда кажется, - и такое представление, быть может, зело соответствует истинному положению дел, - что судья не чувствует, что он - равный среди равных. Что он просто выполняет определённую общественную функцию, канализируя и разрешая конфликты, а не повелевает судьбами, подобно демиургу. Мне кажется, и не мне, впрочем одному, что судьи начали отрываться от жизни, воспаряют, капсулируются внутри общества, превращаясь в сословие.
А тогда это - результат наших ошибок. Ведь это же я сам выступал на заре перестройки за назначаемость и несменяемость судей. Значит, это была и моя ошибка. Впрочем, почему это "и" и почему это "наших"? Просто - моя ошибка. Серьёзная ошибка.
Надо было лучше и внимательнее читать Гегеля. И обратить внимание в своё время, что функцию правосудия - "Rechtspflege" - сей учёный муж вовсе не считал функцией государства, но функцией гражданского общества.
Значит, суды должны быть связаны с гражданским обществом. Необходимо должны быть связаны.
А тогда тут два пути, впрочем, не исключающих друг друга.
Один из путей: выборность судей.
Второй - шеффенские суды, то есть с участием народных заседателей.
Иными словами - возврат к советской системе?
Ну, допустим не обязательно к советской. Шеффенские суды были распространены вообще в странах германского права, а у нас право во многом именно германское.
А потом - а что тут такого? Кто вообще может сказать, что на том или ином этапе развития СССР, в нём не было чего-то хорошего?! Почему нужно считать, что 250 миллионов человек на протяжении 70 лет попросту не жили?! А если жили, то, следовательно, и обустраивали жизнь.
Просто, кажется, мы, пытаясь что-то быстро изменить (возможно, что эта быстрота и была оправданной) выплеснули с пеной и ребёнка.
Результат - сословная организация судов. Со всеми атритбутами сословия: собственными органами сообщества, собственными герметичными от окружающих отношениями, бесконечными интригами внутри... и непонимание тех, кто находится вне этого сословия.
Это - беда и самих судей.
В таком случае, они и сами не могут себя чувствовать защищёнными обществом от гнили, которая всегда заводится в таких вот душно запертых комнатах.
Кстати, при такой вот герметике не так уж глупо выглядит и странное заявление в процессе одного представителя, что, мол, судьи не имеют права вступать в гражданско-правовые сделки. Мы тогда вдоволь похохотали, но, похохотав, мы бы должны были задуматься - а может не так уж бесконечно глупо такое вот высказывание.
А как всё-таки надо?
С одной стороны - судья осуществляет функцию гражданского общества, рассматривая спор или обвинение.
С другой - суд представляет государство.
Стоп.
Сразу два момента: рассматривает спор или обвинение не судья, а суд. Или, всё же - судья? Второй: а представляется ли государство именно судом, и кого вообще суд представляет?
По закону решение и приговор провозглашаются именем России.
А если это решение о взыскании денежных сумм с России? Что - государственная власть является независимым арбитром между кем и кем? Между государством и не-государством? А как быть тогда с независимостью?
Что-то тут не так.
Прокурор обвиняет от имени государства. Наверное, это - верно. Ну, хорошо - пусть это верно.
Но тогда как же может быть независимым суждение судьи? Выходит - государство само у себя просит признать человека виновным в совершении преступления и наказать, а затем оно же и, скажем, оправдывает? А потом - само себе пишет кассационное представление и рассматривает такое кассационное представление. И всё это своим собственным именем.
Шизофрения какая-то!
Но ведь это происходит не только в России! - Стоп. Такое возражение вообще не аргумент. Распространённость порока не делает его добродетелью, а несправедливость, творимая в одном месте, угрожает справедливости повсюду.
А как же быть с Монтескьё и его принципом разделения именно государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную?
Он считал так. Следовательно, он опять-таки относил суды к государству, всё-таки.
Но каковы основания Монтескьё к отнесению судебной функции именно к государству? Надо будет посмотреть внимательно, но, кажется, единственным его основанием была окружающая его действительность. Просто он исходил как из исходной точки из того, что есть. Уже есть. И благодаря ему мы всё-таки имеем сам принцип разделения властей. И за это ему - великие почёт и слава.
Но если я в данном случае прав, и Монтескьё просто использовал государственность судов в качестве исходной точки рассуждения, то никто не может нам, его наследникам идти дальше и быть последовательнее, поскольку часть нашей работы Монтескьё уже сделал: указал на необходимость независимости судебной власти от власти исполнительной и законодательной, а также двух последних друг от друга.
Но тогда остаётся Гегель. А тогда - шеффенские суды.
Причём шеффенов должно быть, конечно, более двух. Скажем, четыре или шесть. И должно быть право безмотивного отвода и замены определённой части шеффенов. При этом в шеффены должен попадать в потенции каждый, иначе среди них также образуются субсоциумы-сословия, что недопустимо.
А тогда единственный способ: первичный выбор шеффенов должен быть случайный.
То есть как присяжные у американцев? ну, представляется, что в части выбора американцы правы. Нельзя же отрицать их правоту только на том основании, что они - американцы. Но и принять систему отделённых от суда присяжных с их безмотивными решениями тоже неверно.
Остаётся только понять - должны ли быть судьи тоже из гражданского общества, либо они должны быть государственными?
В первом случае - временность и выборность.
Во втором - несменяемость или долгосрочность и назначаемость.
Именно тут должен проистекать выбор между системами. Во всём остальном альтернативы, как они представляются, системно нелогичны, а потому хуже.
Эк меня занесло. Начал с этики, а закончил... Может быть, впрочем, в этом есть некая сермяжная, она же - кондовая, она же - посконная, правда: поведение судьи, - если только счесть, что перед нами не законченный оборный выродок, - результат и того бытия в которое он помещён. Хотя, конечно, М. Мамардашвили тысячу раз прав, и поведение человека не выводимо из обстоятельств. Только из обстоятельств. Ну да - всё верно - зависит от обстоятельств, но именно, именно - не выводимо из них.
А что, г-н Болдырев, небоюсь слабо вместо того, чтобы зубатиться с г-жой Быковой, против которой в личном плане ты ничего не имеешь, взять, да и написать законопроект, а?
Так-с.
Неэтичное поведение судьи во время судебного заседания.
Да, затем эта судья позвонила моей знакомой и высказала предположение, что я её недолюбливаю. Последнее совершенно не соответствует действительности - это чисто дамское. Я нормально отношусь как раз именно к этой судье, и меня дёргают её реакции именно потому что они диссонируют с моим отношением. Нет, всё-таки, я полагаю, что тут дело не во мне. Я прекрасно понимаю судейскую работу с её бесконечной рутиной и загрузкой, с её постоянным нахождением среди страстей, горя и конфликтов, с её жутко нечеловеческой необходимостью быть невозмутимым как "греческая статуя". Это - трудно. Очень трудно. Почти невыносимо.
И всё-таки, всё-таки, всё-таки.
Порою кажется, что барство, выражающееся в надменности и безапелляционности, судей не просто недостаток воспитания. Иначе следовало бы предположить, что отбор судей ведётся именно по признаку способности к охамению и наглости, что, конечно же, не так. Кажется, что оно является проявлением чего-то другого, системного. Ну просто невозможно себе представить, чтобы столько людей имело бы такие серьёзные пороки в поведении. Невозможно себе представить, чтобы они такими были в быту.
Иногда кажется, - и такое представление, быть может, зело соответствует истинному положению дел, - что судья не чувствует, что он - равный среди равных. Что он просто выполняет определённую общественную функцию, канализируя и разрешая конфликты, а не повелевает судьбами, подобно демиургу. Мне кажется, и не мне, впрочем одному, что судьи начали отрываться от жизни, воспаряют, капсулируются внутри общества, превращаясь в сословие.
А тогда это - результат наших ошибок. Ведь это же я сам выступал на заре перестройки за назначаемость и несменяемость судей. Значит, это была и моя ошибка. Впрочем, почему это "и" и почему это "наших"? Просто - моя ошибка. Серьёзная ошибка.
Надо было лучше и внимательнее читать Гегеля. И обратить внимание в своё время, что функцию правосудия - "Rechtspflege" - сей учёный муж вовсе не считал функцией государства, но функцией гражданского общества.
А ведь каким уж государственником-то был сам Гегель!§188 Die buergerliche Gesellschaft enthaelt die drei Momente:
A.Die Vermittlung des Beduerfnisses und die Befriedigung des Einzelnen durch seine Arbeit und durch die Arbeit und Befriedigung der Beduerfnise aller Uebrigen? - das System der Beduerfnisse.
B.Die Wirklichkeit des darin enthaltenen Allgemeinen der feiheit? Der Schutz des Eigentums durch die Rechtspflege.
C.Die Vorsorge gegen die in jenen Systemen zurueckbleibende Zufaelligkeit und die Besorgung des besonderen Interesses als eines Gemeisamen? Durch die politzei und Korporation.
Значит, суды должны быть связаны с гражданским обществом. Необходимо должны быть связаны.
А тогда тут два пути, впрочем, не исключающих друг друга.
Один из путей: выборность судей.
Второй - шеффенские суды, то есть с участием народных заседателей.
Иными словами - возврат к советской системе?
Ну, допустим не обязательно к советской. Шеффенские суды были распространены вообще в странах германского права, а у нас право во многом именно германское.
А потом - а что тут такого? Кто вообще может сказать, что на том или ином этапе развития СССР, в нём не было чего-то хорошего?! Почему нужно считать, что 250 миллионов человек на протяжении 70 лет попросту не жили?! А если жили, то, следовательно, и обустраивали жизнь.
Просто, кажется, мы, пытаясь что-то быстро изменить (возможно, что эта быстрота и была оправданной) выплеснули с пеной и ребёнка.
Результат - сословная организация судов. Со всеми атритбутами сословия: собственными органами сообщества, собственными герметичными от окружающих отношениями, бесконечными интригами внутри... и непонимание тех, кто находится вне этого сословия.
Это - беда и самих судей.
В таком случае, они и сами не могут себя чувствовать защищёнными обществом от гнили, которая всегда заводится в таких вот душно запертых комнатах.
Кстати, при такой вот герметике не так уж глупо выглядит и странное заявление в процессе одного представителя, что, мол, судьи не имеют права вступать в гражданско-правовые сделки. Мы тогда вдоволь похохотали, но, похохотав, мы бы должны были задуматься - а может не так уж бесконечно глупо такое вот высказывание.
А как всё-таки надо?
С одной стороны - судья осуществляет функцию гражданского общества, рассматривая спор или обвинение.
С другой - суд представляет государство.
Стоп.
Сразу два момента: рассматривает спор или обвинение не судья, а суд. Или, всё же - судья? Второй: а представляется ли государство именно судом, и кого вообще суд представляет?
По закону решение и приговор провозглашаются именем России.
А если это решение о взыскании денежных сумм с России? Что - государственная власть является независимым арбитром между кем и кем? Между государством и не-государством? А как быть тогда с независимостью?
Что-то тут не так.
Прокурор обвиняет от имени государства. Наверное, это - верно. Ну, хорошо - пусть это верно.
Но тогда как же может быть независимым суждение судьи? Выходит - государство само у себя просит признать человека виновным в совершении преступления и наказать, а затем оно же и, скажем, оправдывает? А потом - само себе пишет кассационное представление и рассматривает такое кассационное представление. И всё это своим собственным именем.
Шизофрения какая-то!
Но ведь это происходит не только в России! - Стоп. Такое возражение вообще не аргумент. Распространённость порока не делает его добродетелью, а несправедливость, творимая в одном месте, угрожает справедливости повсюду.
А как же быть с Монтескьё и его принципом разделения именно государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную?
Он считал так. Следовательно, он опять-таки относил суды к государству, всё-таки.
Но каковы основания Монтескьё к отнесению судебной функции именно к государству? Надо будет посмотреть внимательно, но, кажется, единственным его основанием была окружающая его действительность. Просто он исходил как из исходной точки из того, что есть. Уже есть. И благодаря ему мы всё-таки имеем сам принцип разделения властей. И за это ему - великие почёт и слава.
Но если я в данном случае прав, и Монтескьё просто использовал государственность судов в качестве исходной точки рассуждения, то никто не может нам, его наследникам идти дальше и быть последовательнее, поскольку часть нашей работы Монтескьё уже сделал: указал на необходимость независимости судебной власти от власти исполнительной и законодательной, а также двух последних друг от друга.
Но тогда остаётся Гегель. А тогда - шеффенские суды.
Причём шеффенов должно быть, конечно, более двух. Скажем, четыре или шесть. И должно быть право безмотивного отвода и замены определённой части шеффенов. При этом в шеффены должен попадать в потенции каждый, иначе среди них также образуются субсоциумы-сословия, что недопустимо.
А тогда единственный способ: первичный выбор шеффенов должен быть случайный.
То есть как присяжные у американцев? ну, представляется, что в части выбора американцы правы. Нельзя же отрицать их правоту только на том основании, что они - американцы. Но и принять систему отделённых от суда присяжных с их безмотивными решениями тоже неверно.
Остаётся только понять - должны ли быть судьи тоже из гражданского общества, либо они должны быть государственными?
В первом случае - временность и выборность.
Во втором - несменяемость или долгосрочность и назначаемость.
Именно тут должен проистекать выбор между системами. Во всём остальном альтернативы, как они представляются, системно нелогичны, а потому хуже.
Эк меня занесло. Начал с этики, а закончил... Может быть, впрочем, в этом есть некая сермяжная, она же - кондовая, она же - посконная, правда: поведение судьи, - если только счесть, что перед нами не законченный оборный выродок, - результат и того бытия в которое он помещён. Хотя, конечно, М. Мамардашвили тысячу раз прав, и поведение человека не выводимо из обстоятельств. Только из обстоятельств. Ну да - всё верно - зависит от обстоятельств, но именно, именно - не выводимо из них.
А что, г-н Болдырев, небоюсь слабо вместо того, чтобы зубатиться с г-жой Быковой, против которой в личном плане ты ничего не имеешь, взять, да и написать законопроект, а?
суббота, октября 7
Жалоба для "Бобруйска"
Сел писать жалобу на решение ф.с. М.А. Савельевой. Ну, то самое, которое не может не вызывать минимум как недоумения.
Так.
Что написано в решении?..
Смотрим.
Ну, в описательной части, вроде, всё верно: извещены надлежащим образом (правда, надлежащим ли? но об этом лучше не писать - оставить на другие случаи, а то, чего доброго отменят именно по этому основанию, а нам оно надо?).
Смотрим мотивировочную часть.
Ёлки-палки, ну почему государственные суды не отделяют чисто текстуально мотивировочную часть от описательной?! Ну, например, так, как это делается в Постоянно действующем третейском суде в г. Красноярске. Там всё чётко видно:
Суд
... <вступительная часть> (она же вводная)
Ладно. Не буду придираться. Пишут так, как пишут, и на том - спасибо.
Но мотив-то всё-таки какой?
Ага, вот: сделка ничтожна в силу ст. 168 ГК РФ. Но позвольте, эта статья вообще носит отсылочный характер. Следовательно только в силу ст. 168 ГК РФ сделка не может быть ничтожной. Должна быть ещё какая-то ссылка. Вот, есть - на ст. 167 ГК РФ. Нет, не проходит - эта статья о последствиях ничтожности, а не о причинах ничтожности. А больше ссылок нет. Хорошо. Смотрим текст.
Вот оно: ссылка на ФКЗ "О Констиуционом Суде Российской Федерации"!
Замечательно.
Ага, тут и написано, что к исключительной компетенции КС РФ относится... разрешение дел о соответствии Конституции РФ и проверка по жалобам.
А дальше цитируется договор. Вполне добросовестно цитируется. Но именно из этой самой добросовестной цитаты и видно, что предметом договора было доказательство неконституционности! О!
А разве Конституционный Суд Российской Федерации вообще вправе давать доказательство! Ха! Это ж право вообще не суда , а субъекта.
Вот от этого и оттолкнёмся.
И разовьём эту мысль.
Развили.
А теперь надо не забыть написать о том, что суд неправомерно отказал в удовлетворении ходатайства о направлении запроса в Конституционный Суд РФ и приостановлении в связи с этим производства по делу - такое определение вместе с решением обжаловать-то вполне можно.
И ещё поперчить и посолить. Только бы не сорваться на личные оценки.
Так.
Теперь - от кого подавать будем?
Хотел от каждого из нас. Три жалобы.
Стало быть - три раза государственную пошлину платить. Нет - два раза. Истица - несовершеннолетняя, с неё государственная пошлина не положена.
Значить - два раза!
Нет - подавится бюджет! Почему это кто-то должен платить за явные ошибки судей?!
И вообще - отчего это вход в суд у нас в Отечестве вдруг платный? Что - с целью дискриминации по имущественному признаку?
Нет - с этого дела они государственной пошлины не получат, пусть застрелятся авторучками. Мы и так из кожи лезем и только затем, чтобы выяснить не для самих же себя конституционный смысл законов.
Значит, подавать надо только от истицы.
Хорошо, а своё мнение двое остальных в отзывах изложат. Отлично.
Так и сделаем.
Формируем шапку жалобы.
Истец, ответчик... стоп, а зачем ответчика-то? А что в ГПК прописано?
Куда-то кодекс подевался. Лежит, поди, среди бумаг бесконечных.
Запускаем Яндекс.
Так... вот...
Читаем:
1. Кассационные жалоба, представление должны содержать:
1) наименование суда, в который адресуется жалоба, представление;
2) наименование лица, подающего жалобу или представление, его место жительства или место нахождения;
3) указание на решение суда, которое обжалуется;
4) требования лица, подающего жалобу, или требования прокурора, приносящего представление, а также основания, по которым они считают решение суда неправильным;
5) перечень прилагаемых к жалобе, представлению доказательств.
Вон что - можно не писать всех остальных! - не будем, значит. Отлично.
Кстати, не "имя лица", а "наименование". Интересно... выходит, можно вообще написать: "Кассационная жалоба истца". Ладно, не буду усложнять. И так поводов поцапаться хватит.
Так, в сентябре было ... 30 дней. Значит, в срок укладываемся в любом случае.
Отлично.
Приложение...
Сделано.
В понедельник подпишем и отправим заказным письмом.
А теперь всё - в pdf-формат и в файловое хранилище в Интернет. Только надо не забыть маски наложить.
Сделал. А ссылочку - вот сюда.
Так.
Что написано в решении?..
Смотрим.
Ну, в описательной части, вроде, всё верно: извещены надлежащим образом (правда, надлежащим ли? но об этом лучше не писать - оставить на другие случаи, а то, чего доброго отменят именно по этому основанию, а нам оно надо?).
Смотрим мотивировочную часть.
Ёлки-палки, ну почему государственные суды не отделяют чисто текстуально мотивировочную часть от описательной?! Ну, например, так, как это делается в Постоянно действующем третейском суде в г. Красноярске. Там всё чётко видно:
Суд
... <вступительная часть> (она же вводная)
установил:
... <описательная часть>... исходя из следующих
мотивов:
... <мотивировочная часть>решил:
... <резолютивная часть>Ладно. Не буду придираться. Пишут так, как пишут, и на том - спасибо.
Но мотив-то всё-таки какой?
Ага, вот: сделка ничтожна в силу ст. 168 ГК РФ. Но позвольте, эта статья вообще носит отсылочный характер. Следовательно только в силу ст. 168 ГК РФ сделка не может быть ничтожной. Должна быть ещё какая-то ссылка. Вот, есть - на ст. 167 ГК РФ. Нет, не проходит - эта статья о последствиях ничтожности, а не о причинах ничтожности. А больше ссылок нет. Хорошо. Смотрим текст.
Вот оно: ссылка на ФКЗ "О Констиуционом Суде Российской Федерации"!
Замечательно.
Ага, тут и написано, что к исключительной компетенции КС РФ относится... разрешение дел о соответствии Конституции РФ и проверка по жалобам.
А дальше цитируется договор. Вполне добросовестно цитируется. Но именно из этой самой добросовестной цитаты и видно, что предметом договора было доказательство неконституционности! О!
А разве Конституционный Суд Российской Федерации вообще вправе давать доказательство! Ха! Это ж право вообще не суда , а субъекта.
Вот от этого и оттолкнёмся.
И разовьём эту мысль.
Развили.
А теперь надо не забыть написать о том, что суд неправомерно отказал в удовлетворении ходатайства о направлении запроса в Конституционный Суд РФ и приостановлении в связи с этим производства по делу - такое определение вместе с решением обжаловать-то вполне можно.
И ещё поперчить и посолить. Только бы не сорваться на личные оценки.
Так.
Теперь - от кого подавать будем?
Хотел от каждого из нас. Три жалобы.
Стало быть - три раза государственную пошлину платить. Нет - два раза. Истица - несовершеннолетняя, с неё государственная пошлина не положена.
Значить - два раза!
Нет - подавится бюджет! Почему это кто-то должен платить за явные ошибки судей?!
И вообще - отчего это вход в суд у нас в Отечестве вдруг платный? Что - с целью дискриминации по имущественному признаку?
Нет - с этого дела они государственной пошлины не получат, пусть застрелятся авторучками. Мы и так из кожи лезем и только затем, чтобы выяснить не для самих же себя конституционный смысл законов.
Значит, подавать надо только от истицы.
Хорошо, а своё мнение двое остальных в отзывах изложат. Отлично.
Так и сделаем.
Формируем шапку жалобы.
Истец, ответчик... стоп, а зачем ответчика-то? А что в ГПК прописано?
Куда-то кодекс подевался. Лежит, поди, среди бумаг бесконечных.
Запускаем Яндекс.
Так... вот...
Читаем:
Статья 339. Содержание кассационных жалобы, представления
1. Кассационные жалоба, представление должны содержать:
1) наименование суда, в который адресуется жалоба, представление;
2) наименование лица, подающего жалобу или представление, его место жительства или место нахождения;
3) указание на решение суда, которое обжалуется;
4) требования лица, подающего жалобу, или требования прокурора, приносящего представление, а также основания, по которым они считают решение суда неправильным;
5) перечень прилагаемых к жалобе, представлению доказательств.
Вон что - можно не писать всех остальных! - не будем, значит. Отлично.
Кстати, не "имя лица", а "наименование". Интересно... выходит, можно вообще написать: "Кассационная жалоба истца". Ладно, не буду усложнять. И так поводов поцапаться хватит.
Так, в сентябре было ... 30 дней. Значит, в срок укладываемся в любом случае.
Отлично.
Приложение...
Сделано.
В понедельник подпишем и отправим заказным письмом.
А теперь всё - в pdf-формат и в файловое хранилище в Интернет. Только надо не забыть маски наложить.
Сделал. А ссылочку - вот сюда.
пятница, октября 6
В Бобруйск!
Сегодня было три назначено три процесса: на 10:00, на 14:00 и на 14:30.
Ни один из них не закончился ничем. Впрочем, точно ли - ничем?!
Но зато я получил решение в окончательной форме по тому самому делу, которое рассматривала судья Савельева и которое было направлено на то, чтобы организовать конституционную проверку норм, лишающих права ФРС отказывать в госрегистрации на основании решений третейских судов. Решение настолько же неожиданное, насколько и... даже трудно охарактеризовать. Оно такое, что слов нет. Его я поместил в своём файловом архиве. Любому советую полюбопытствовать - получите море удовольствия.
Нет, ну тут, как говорится - слов просто нет! Это именно надо читать... комментировать такое я не в силах. Разве что так:
А процессы были такие.
Первый.
Поворот решения по заявлению УФРС по делу Чуенковой и Телковой.
Фабула такова: в пользу Чуенковой и Телковой Постоянно действующий третейский суд в г. Красноярске присудил на праве собственности квартиру.
УФРС отказалось регистрировать право собственности на основании решения третейского суда. Чуенков и Телкова обжаловали этот отказ в Центральный районный суд г. Новосибирска. Суд сей (судья Чистова О.В.) умудрился приобщить к материалам по делу любопытнейший документ, в котором и.о. зам. пред. Новосибирского областного суда Ю.И. Дронь сообщил - о чём же договорились на совместном совещании регистраторы и судьи. Интересно вообще - в качестве чего был приобщён этот документ. То ли это - нормативный акт, то ли это - доказательство... В удовлетворении заявления об оспаривании отказа УФРС Центральный районный суд г. Новосибирска Чуенковой и Телковой отказал.
Чуенкова и Телкова обжаловали решение решение Центрального районного суда г. Новосибирска в судебную коллегию по гражданским делам Новосибирского областного суда.
Там коллегия отменила решение Центрального районного суда г. Новосибирска и вынесла новое решение, которым заявление было удовлетворено и УФРС обязали зарегистрировать право собственности на квартиру в пользу Чуенковой и Телковой.
Тогда УФРС обратилась с надзорной жалобой в Президиум Новосибирского областного суда, и последний отменил кассационное определение.
Ну и УФРС обратилось в Центральный районный суд г. Новосибирска с заявлением о повороте решения.
Вот на сегодня и было назначено заседание. На 10:00.
У меня в запасе были возражения. Главным образом, основанные на понятии "поворота решения".
УФРС просило в заявлении о проставлении погашающего штампа на записях о регистрации права собственности Чеунковой и Телковой. Я собирался поставить вопрос так: "В законодательстве написано, что при повороте решения каждая из сторон должна отдать другой стороне то, что она получила по решению суда. А что, собственно должна отдать Чуенкова? Свидетельство о регистрации? Но суд не обязывал его выдавать, УФРС само его выдало? А более ничего Чуенкова и Телкова от УФРС не получали".
Ну, ладно.
Так.
Второй и третий процессы были в Заельцовском районном суде.
Фабула первого из них была такой.
Решением мирового судьи 3-го судебного участка Калининского района г. Новосибирска с участием Ц в деле об иске И к Н было установлено, что Ц нанёс И убытки в виде упущенной выгоды в размере 4 800 000 рублей.
Н поручился за Ц перед И.
И предъявил иск к Н. в Заельцовский районный суд как в суд договорной подсудности по ст. 32 ГПК РФ. Ц первоначально был привлечён в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.
Суд иск принял.
И. заявил дополнительные требования таким образом, что общие требования стали более миллиона рублей, причём перераспределил их между солидарными ответчиками - Ц и Н так, что Н оказался должен совсем немного, а Ц - миллион.
Ну, в общем-то с материальной точки зрения дело весьма простое: применение п. 2 ст. 61 ГПК РФ и п. 2 ст.209 ГПК РФ.
Но ведь Н не шёл в суд!
Его всячески пытались вызвать, но судья опасался отмены решения по тому мотиву, что нет почтового уведомления, а все иные документы вызывали сомнение. В том числе и подробнейший акт, составленный об отказе получать повестку и исковые материалы.
Сомнение, главным обарзом, состояло в том, что возражение от Ц поступит такого рода, что его не суд уведомил, а истец. (Это новая мулька в Новосибирском областном суде появилась: ну, в законодательстве-то написано, что уведомлять должен суд).
И тут вдруг судья берёт и читает - а что же должно содержать судебное извещение... А содержать оно должно настолько много сведений (посмотрите сами!), что никакими телеграммами ненауведомляешься.
О! - подумал я про себя. - А ведь это можно классно использовать. Ай да судья Гаврилец. Молодчина! Надо вообще почаще в ГПК РФ заглядывать.
И ничего, что кое-кто из областного суда будет выражать своё неудовольствие тем, что больно много грамотных юристов развелось. Перетопчутся. Как самих коснётся - спасибо скажут. А то ведь когда тут одна судья арбитражного суда - г-жа Г оказалась сама стороной процесса - так она понаделала и понаписала такого, что удивляешься - где же она училась. Навыка-то защитительного нет!
Ну а третий процесс начался и закончился неинтересно. Писать о нём преждевременно. А только начался он никак и закончился он ничем - не был уведомлён один из участников дела.
А сегодня и завтра я займусь опусом судьи Савельевой.
В Бобруйск!..
Ни один из них не закончился ничем. Впрочем, точно ли - ничем?!
Но зато я получил решение в окончательной форме по тому самому делу, которое рассматривала судья Савельева и которое было направлено на то, чтобы организовать конституционную проверку норм, лишающих права ФРС отказывать в госрегистрации на основании решений третейских судов. Решение настолько же неожиданное, насколько и... даже трудно охарактеризовать. Оно такое, что слов нет. Его я поместил в своём файловом архиве. Любому советую полюбопытствовать - получите море удовольствия.
Нет, ну тут, как говорится - слов просто нет! Это именно надо читать... комментировать такое я не в силах. Разве что так:
"Упалпацтолржунимагу!"
А процессы были такие.
Первый.
Поворот решения по заявлению УФРС по делу Чуенковой и Телковой.
Фабула такова: в пользу Чуенковой и Телковой Постоянно действующий третейский суд в г. Красноярске присудил на праве собственности квартиру.
УФРС отказалось регистрировать право собственности на основании решения третейского суда. Чуенков и Телкова обжаловали этот отказ в Центральный районный суд г. Новосибирска. Суд сей (судья Чистова О.В.) умудрился приобщить к материалам по делу любопытнейший документ, в котором и.о. зам. пред. Новосибирского областного суда Ю.И. Дронь сообщил - о чём же договорились на совместном совещании регистраторы и судьи. Интересно вообще - в качестве чего был приобщён этот документ. То ли это - нормативный акт, то ли это - доказательство... В удовлетворении заявления об оспаривании отказа УФРС Центральный районный суд г. Новосибирска Чуенковой и Телковой отказал.
Чуенкова и Телкова обжаловали решение решение Центрального районного суда г. Новосибирска в судебную коллегию по гражданским делам Новосибирского областного суда.
Там коллегия отменила решение Центрального районного суда г. Новосибирска и вынесла новое решение, которым заявление было удовлетворено и УФРС обязали зарегистрировать право собственности на квартиру в пользу Чуенковой и Телковой.
Тогда УФРС обратилась с надзорной жалобой в Президиум Новосибирского областного суда, и последний отменил кассационное определение.
Ну и УФРС обратилось в Центральный районный суд г. Новосибирска с заявлением о повороте решения.
Вот на сегодня и было назначено заседание. На 10:00.
У меня в запасе были возражения. Главным образом, основанные на понятии "поворота решения".
УФРС просило в заявлении о проставлении погашающего штампа на записях о регистрации права собственности Чеунковой и Телковой. Я собирался поставить вопрос так: "В законодательстве написано, что при повороте решения каждая из сторон должна отдать другой стороне то, что она получила по решению суда. А что, собственно должна отдать Чуенкова? Свидетельство о регистрации? Но суд не обязывал его выдавать, УФРС само его выдало? А более ничего Чуенкова и Телкова от УФРС не получали".
Ну, ладно.
Чуенкова в суд к 9:45, я появился в 9:55.
Сидим. Ждём. Представителя УФРС нет.
В 10:00 заглядываю в зал. Там полным ходом идёт какое-то заседание. В коридоре - куча народу, причём выясняется, что до нас ещё двое.
10:05 - та же картинка. На нас - ноль внимания. Никто не выходит, ничего нам не говорит. Словно бы мы так просто пришли сюда, пописать.
10:10 - то же самое. Вообще не понятно - то ли туда мы пришли, то ли не туда.
10:15 - идёт заседание, доступа к телам судьи, помощника и секретаря нет.
10:20 - шевеление за дверьми, в зале.
10:25 - дверь открывается. Выходят люди, что-то говорят. Молодой мужчина с портфелем возвращается в зал, о чём-то говорит с кем-то в зале.
10:30 - в зал заходят по приглашению секретаря какие-то люди. Я пытаюсь узнать что-то о заседании. Ответа нет, двери зала закрылись
10:35 - уходим из суда и составляем акт, что вот, мол, были, заседания не было.
Как это надо называть? Я всё понимаю - занятость, текущие дела, но хоть внимание-то можно обратить на тех, кого повесткой вызвали! Просто что-то пояснить, сказать. А то, создаётся впечатление, что в повестке вообще было что-то не то написано.
Сидим. Ждём. Представителя УФРС нет.
В 10:00 заглядываю в зал. Там полным ходом идёт какое-то заседание. В коридоре - куча народу, причём выясняется, что до нас ещё двое.
10:05 - та же картинка. На нас - ноль внимания. Никто не выходит, ничего нам не говорит. Словно бы мы так просто пришли сюда, пописать.
10:10 - то же самое. Вообще не понятно - то ли туда мы пришли, то ли не туда.
10:15 - идёт заседание, доступа к телам судьи, помощника и секретаря нет.
10:20 - шевеление за дверьми, в зале.
10:25 - дверь открывается. Выходят люди, что-то говорят. Молодой мужчина с портфелем возвращается в зал, о чём-то говорит с кем-то в зале.
10:30 - в зал заходят по приглашению секретаря какие-то люди. Я пытаюсь узнать что-то о заседании. Ответа нет, двери зала закрылись
10:35 - уходим из суда и составляем акт, что вот, мол, были, заседания не было.
Как это надо называть? Я всё понимаю - занятость, текущие дела, но хоть внимание-то можно обратить на тех, кого повесткой вызвали! Просто что-то пояснить, сказать. А то, создаётся впечатление, что в повестке вообще было что-то не то написано.
Так.
Второй и третий процессы были в Заельцовском районном суде.
Фабула первого из них была такой.
Решением мирового судьи 3-го судебного участка Калининского района г. Новосибирска с участием Ц в деле об иске И к Н было установлено, что Ц нанёс И убытки в виде упущенной выгоды в размере 4 800 000 рублей.
Н поручился за Ц перед И.
И предъявил иск к Н. в Заельцовский районный суд как в суд договорной подсудности по ст. 32 ГПК РФ. Ц первоначально был привлечён в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.
Суд иск принял.
И. заявил дополнительные требования таким образом, что общие требования стали более миллиона рублей, причём перераспределил их между солидарными ответчиками - Ц и Н так, что Н оказался должен совсем немного, а Ц - миллион.
Ну, в общем-то с материальной точки зрения дело весьма простое: применение п. 2 ст. 61 ГПК РФ и п. 2 ст.209 ГПК РФ.
Но ведь Н не шёл в суд!
Его всячески пытались вызвать, но судья опасался отмены решения по тому мотиву, что нет почтового уведомления, а все иные документы вызывали сомнение. В том числе и подробнейший акт, составленный об отказе получать повестку и исковые материалы.
Сомнение, главным обарзом, состояло в том, что возражение от Ц поступит такого рода, что его не суд уведомил, а истец. (Это новая мулька в Новосибирском областном суде появилась: ну, в законодательстве-то написано, что уведомлять должен суд).
И тут вдруг судья берёт и читает - а что же должно содержать судебное извещение... А содержать оно должно настолько много сведений (посмотрите сами!), что никакими телеграммами ненауведомляешься.
О! - подумал я про себя. - А ведь это можно классно использовать. Ай да судья Гаврилец. Молодчина! Надо вообще почаще в ГПК РФ заглядывать.
И ничего, что кое-кто из областного суда будет выражать своё неудовольствие тем, что больно много грамотных юристов развелось. Перетопчутся. Как самих коснётся - спасибо скажут. А то ведь когда тут одна судья арбитражного суда - г-жа Г оказалась сама стороной процесса - так она понаделала и понаписала такого, что удивляешься - где же она училась. Навыка-то защитительного нет!
Ну а третий процесс начался и закончился неинтересно. Писать о нём преждевременно. А только начался он никак и закончился он ничем - не был уведомлён один из участников дела.
А сегодня и завтра я займусь опусом судьи Савельевой.
В Бобруйск!..
четверг, октября 5
Обжалую из принципа
Сегодня было два дела. И всё вокруг одних и тех же помещений. И оба - в одном и том же Железнодорожном районном суде в г. Новосибирске.
(Интересно то, что если только я приезжаю в суд на такси, то с вероятностью почти 1 дела не кончаются ничем. Сегодня приехал на такси)
История такая (одна на оба дела) .
Судились-рядились два предприятия - Д и П. Оба - общества с ограниченной, ну очень-очень ограниченной, ответственностью. П взыскал с Д неосновательное обогащение в определённой сумме. Довольно большой, надо отметить. Ну и арбитражный суд наложил обеспечительный арест на оба помещения, которые числились в ЕГРП за Д.
И вот тут выяснилось, что задолго до всех споров Д приобрело арестованное имущество... действуя по договору комиссии как комиссионер. А комитентом был г-н О.
О обратился в третейский суд, третейский суд присудил помещения в пользу О на основании статьи 996 ГК РФ.
До этого третейский суд успел по заявлению О наложить арест. Заельцовский районный суд арест третейского суда определением исполнил. П пыталось оспорить определение Заельцовского районного суда, но областной суд оставил всё без изменения и указал, что поскольку П не было участником третейского производства, ему это помещение не принадлежит, то и права на обжалование оно не имеет вовсе.
После вынесения третейского суда состоялось ещё несколько процессов, в каждом из которых было прямо указано: О - собственник помещений.
Естественно, что в такой ситуации О и обратился с иском об освобождения имущества из-под ареста, мотивируя свой иск тем, что собственником арестованного имущества является он, а не Д, а за Д он ответственности по долгам не несёт, и имуществом своим он отвечать не намерен.
Тогда П бросилось конвульсивно оспаривать действительность договора комиссии. Резон в конвульсиях, конечно, есть - больно уж ограниченная ответственность и у ООО П и у ООО Д.
Иск об освобождении имущества от ареста основывался на четырёх независимых основаниях в виде судебных актов, в каждом из которых установлено, что О - собственник:
Правда, весь юмор в том, что:
(Интересно то, что если только я приезжаю в суд на такси, то с вероятностью почти 1 дела не кончаются ничем. Сегодня приехал на такси)
История такая (одна на оба дела) .
Судились-рядились два предприятия - Д и П. Оба - общества с ограниченной, ну очень-очень ограниченной, ответственностью. П взыскал с Д неосновательное обогащение в определённой сумме. Довольно большой, надо отметить. Ну и арбитражный суд наложил обеспечительный арест на оба помещения, которые числились в ЕГРП за Д.
И вот тут выяснилось, что задолго до всех споров Д приобрело арестованное имущество... действуя по договору комиссии как комиссионер. А комитентом был г-н О.
О обратился в третейский суд, третейский суд присудил помещения в пользу О на основании статьи 996 ГК РФ.
До этого третейский суд успел по заявлению О наложить арест. Заельцовский районный суд арест третейского суда определением исполнил. П пыталось оспорить определение Заельцовского районного суда, но областной суд оставил всё без изменения и указал, что поскольку П не было участником третейского производства, ему это помещение не принадлежит, то и права на обжалование оно не имеет вовсе.
После вынесения третейского суда состоялось ещё несколько процессов, в каждом из которых было прямо указано: О - собственник помещений.
Естественно, что в такой ситуации О и обратился с иском об освобождения имущества из-под ареста, мотивируя свой иск тем, что собственником арестованного имущества является он, а не Д, а за Д он ответственности по долгам не несёт, и имуществом своим он отвечать не намерен.
Тогда П бросилось конвульсивно оспаривать действительность договора комиссии. Резон в конвульсиях, конечно, есть - больно уж ограниченная ответственность и у ООО П и у ООО Д.
Вот сегодня как раз и были два процесса: один - о признании договора комиссии недействительным, а другой - об освобождении имущества из-под ареста.
В первом процессе события развивались так.
Истец - П заявил об истребовании следующих документов:
- подлинника договора комиссии - у ответчиков (П - не сторона договора комиссии)
- дополнительного соглашения к договору комиссии
- третейской записи (это было отдельное соглашение)
- третейского производства
Ну, натурально, и я и представитель Д были против. Я задал, между прочим, вопрос представителю П:
"А какое отношение имеет третейская запись к действительности договора комиссии?"
Ничего внятного в ответ не последовало. П ответил что-то в том духе, что, может быть, они что-то там обнаружат "в совкупности"...
Я повторил свой вопрос, уточнив, что мне неясно - что и с чем тут надо совокуплять.
Ответ был такой:
- А мы полагаем что имеет.
Я спросил ещё раз:
- Я понимаю, что Вы это полагаете, предполагая, что Вы действуете добросовестно и разумно, но вопрос-то был такой: какова связь?
- Мы считаем, что она есть...
Впрочем, это уже известная нам манера г-на представителя П отвечать на вопросы. Что уж тут с ним поделаешь!
Я заявил, что ни один из документов истребовать нельзя. Третейскую запись и дело истребовать нельзя, так как они относятся к документам, конфиденциальность которых защищает ФЗ "О третейских судах", и которые могут быть вообще истребованы только по ходатайству участника третейского разбирательства и только судом, рассматривающим заявление об оспаривании третейского решения и заявление о выдаче исполнительного листа на его принудительное исполнение. А что касается договора и дополнительного соглашения к нему, то это - доказательства, подтверждающие доводы истца и представлять их должен именно он, а ответчики вправе представлять такие доказательства. Суд же не может превращать право ответчиков в обязанность.
Ну, судья подумала, послушала и удовлетворила ходатайство частично: отказала в истребовании третейской записи и третейского дела, а остальное истребовала.
Правда, откровенно говоря, не понимаю - зачем. Ведь оба ответчика совершенно не отрицали, что они заключали договор с текстом, который есть в ксерокопии. Правда, истец утверждал, что договор комиссии заключён не в 2000 году, а много позже - в начале 2006 года, но и в этом случае никакая экспертиза ничего подтвердить не может: прошло уже более 8 месяцев с предполагаемого истцом момента заключения договора и подписания дополнительного соглашения к нему.
Кроме того - совершенно неясно - а зачем это вообще нужно П оспаривать указанный договор. Ведь право собственности О установлено решениями суда, и само по себе оспаривание договора уже мало, что даёт.
А после обеда слушалось сегодня дело об освобождении имущества из-под ареста.Иск об освобождении имущества от ареста основывался на четырёх независимых основаниях в виде судебных актов, в каждом из которых установлено, что О - собственник:
- Третейском решении
- решении мирового судьи 6-го судебного участка Калининского района города Новосибирска
- решении мирового судьи 3-го судебного участка Железнодорожного района города Новосибирска
- определении о прекращении производства по делу об оспаривании третейского решения по заявлению именно П, вынесенного судом Центрального района города Новосибирска
Правда, весь юмор в том, что:
- П - не сторона третейского процесса
- явно пропущен срок на оспаривание - прошло более 3 месяцев с момента как П стало известно о наличии третейского решения и его содержании. Последнее обстоятельство вообще установлено вступившим в силу судебным решением
- дело по тем же основаниям, с теми же требованиями и с участием тех же субъектов уже было рассмотрено федеральным судом Центрального района г. Новосибирска и прекращено за отсутствием права у П делать подобные заявления
- О - физическое лицо и не является предпринимателем, поэтому дело вообще неподведомственно арбитражному суду.
Собственно, вот на этих соображениях я и основал своё возражение об отложении дела. Ведь именно для отложения дела не было установленных законом оснований.
Тогда судья поставила вопрос о приостановлении производства по делу до рассмотрения арбитражным судом заявления.
Я снова возражал. Я указал, что все четыре основания - независимые, а, следовательно, даже совершенно невероятная в смысле закона отмена третейского решения не может повлиять на разрешение дела по существу.
И всё-таки производство было приостановлено. А в мотивировке указано, что в силу того, что именно только в третейском решении указаны даты, с которых возникло право собственности О (опа! значит, всё-таки право-то возникло!), то его отмена может повлиять на разрешение дела об освобождении имущества от ареста по существу. Ух!
Но весь фокус в том, что и в иных судебных решениях как раз даты-то эти содержатся.
По обстоятельствам видно, что подача частной жалобы на определение рассмотрение дела не ускорит: заседание арбитражного-то суда назначено на 17 октября, но я всё-таки частную жалобу подам.
Просто из принципа...
среда, октября 4
Глупость с инициативой
Сегодня слушалась апелляционная жалоба в Заельцовском районном суде в Новосибирске. Есть там такая вот "звезда" - Куранова Любовь Адольфовна. Ну, о человеческих и профессиональных качествах этой дамы стоит говорить отдельно.
Пришёл я в заседание со своим доверителем М. Понимал, что Куранову надо отводить, тем более, что в моём распоряжении оказался договор, где двое контрагентов, договариваясь между собой, предусмотрели платёж в пользу Курановой Л.А. в зависимости от того обстоятельства, которое ей обязательно предстояло оценить в процессе. С точки зрения закона ситуация классического отвода.
Я прекрасно понимал, что Куранова будет всячески цепляться за дело. Что, вообще-то говоря, конечно, плохо выглядит и не сильно хорошо пахнет.
Но я понимал, что М. не справится с ситуацией, кроме того я хотел поставить ещё и вопрос о конституционности той нормы ГПК РФ, которая даёт право судье рассматривать отводы в отношении самого себя. Тем более, что в АПК РФ тот же вопрос - вопрос рассмотрения отвода решается совершенно иначе. Что, разумеется означает, что не выдержан принцип равенства перед судом и законом.
Я всё это разъяснил М.
А надо сказать, что за последние 7-8 месяцев М. начал проявлять неуёмную инициативу, которая слишком часто приводила к весьма неприятным последствиям. Судебный процесс и так - ткань тонкая и весьма, а тут ещё лезут в неё неосторожно... как результат не дают отработать инструменты. М. к этому времени уже умудрился наинициативить так, что только в двух случаях из четырёх я едва смог выгрести его из ситуации им же и созданной.
Самое ужасное, что удержать его удаётся далеко не всегда. Как можно, скажем, удержать доверителя от явки в суд? Как удержать его от самостоятельного заявления ходатайства? От направления искового заявления?
Ну ладно. Взял я договор, ну тот, в котором Куранова Л.А. названа как выгодоприобретатель, взял я заявление об отводе. Сижу. Жду, когда он заявит меня в качестве своего представителя. Тут выясняется, что ответчик по делу - не уведомлен. Ладно, жду. Понимаю, что рассматривать дело не будут.
Но Куранова Л.А. задала М. вопрос - имеет ли он отводы. И вот это самое М. вместо того, чтобы вести себя нормально... ну, сказать, что отводов нет, или заявить, что сначала вообще надо бы выяснить - а можно ли рассматривать дело в отсутствие неявившегося ответчика, который не был извещён надлежащим образом, встаёт и заявляет: "Есть отвод!"
Ах вот как! - ну, на! Я отдаю ему листы.
И он, начинает читать, путая фамилии, слова, запинаясь... Куранова подбавляет путаницы вопросами. Тот сбивается, крутит листы, не может найти продолжение текста. Гнусное и позорное зрелище!
Я, естественно, начинаю подсказывать - сам-то он ни навыка, ни знаний для такого не имеет. Я уж говорю: "Да Вы просто читайте!"
А Куранова Л.А. заявляет: "А ничего у вас не получиться!"
А мне совершенно справедливо говорит: "Марк Рэмович, выйдите за дверь!"
В общем-то в последнем она - права. Я же ещё не допущен в процесс, М. заявления о моём допуске не делал. Он же побежал впереди паровоза в очередной раз. Он же решил всё сделать сам.
Я вышел.
А когда заседание закончилось отложением, я подошёл к М. и спросил:
- Я говорил Вам уже, что впредь инициатива Ваша будет наказуемой?
Он попытался что-то там начать говорить, что он, мол, просто читал. Что, мол, я сказал читать, он и читал. Начал, что называется, "включать дурака".
Тогда я ему ответил:
- Я более не буду представлять Ваши интересы ни по каким делам.
Такое со мной за последние 10 лет впервые. До этого я только дважды отказывал доверителям.
Но с другой стороны я же нянчусь с М. уже 5 лет. А если даже брать материальную сторону (хотя она, конечно, не имеет в данном случае решающего значения), то за все эти процессы за 5 лет я получил 5000 рублей. Всё!
Но отказался я всё-таки именно из-за того, что поведение человека стало непредсказуемым и зачастую вредным для дела. А получать по морде за чужие огрехи как-то не хочется.
Но о Курановой Л.А. - вопрос особый
Пришёл я в заседание со своим доверителем М. Понимал, что Куранову надо отводить, тем более, что в моём распоряжении оказался договор, где двое контрагентов, договариваясь между собой, предусмотрели платёж в пользу Курановой Л.А. в зависимости от того обстоятельства, которое ей обязательно предстояло оценить в процессе. С точки зрения закона ситуация классического отвода.
Я прекрасно понимал, что Куранова будет всячески цепляться за дело. Что, вообще-то говоря, конечно, плохо выглядит и не сильно хорошо пахнет.
Но я понимал, что М. не справится с ситуацией, кроме того я хотел поставить ещё и вопрос о конституционности той нормы ГПК РФ, которая даёт право судье рассматривать отводы в отношении самого себя. Тем более, что в АПК РФ тот же вопрос - вопрос рассмотрения отвода решается совершенно иначе. Что, разумеется означает, что не выдержан принцип равенства перед судом и законом.
Я всё это разъяснил М.
А надо сказать, что за последние 7-8 месяцев М. начал проявлять неуёмную инициативу, которая слишком часто приводила к весьма неприятным последствиям. Судебный процесс и так - ткань тонкая и весьма, а тут ещё лезут в неё неосторожно... как результат не дают отработать инструменты. М. к этому времени уже умудрился наинициативить так, что только в двух случаях из четырёх я едва смог выгрести его из ситуации им же и созданной.
Самое ужасное, что удержать его удаётся далеко не всегда. Как можно, скажем, удержать доверителя от явки в суд? Как удержать его от самостоятельного заявления ходатайства? От направления искового заявления?
Ну ладно. Взял я договор, ну тот, в котором Куранова Л.А. названа как выгодоприобретатель, взял я заявление об отводе. Сижу. Жду, когда он заявит меня в качестве своего представителя. Тут выясняется, что ответчик по делу - не уведомлен. Ладно, жду. Понимаю, что рассматривать дело не будут.
Но Куранова Л.А. задала М. вопрос - имеет ли он отводы. И вот это самое М. вместо того, чтобы вести себя нормально... ну, сказать, что отводов нет, или заявить, что сначала вообще надо бы выяснить - а можно ли рассматривать дело в отсутствие неявившегося ответчика, который не был извещён надлежащим образом, встаёт и заявляет: "Есть отвод!"
Ах вот как! - ну, на! Я отдаю ему листы.
И он, начинает читать, путая фамилии, слова, запинаясь... Куранова подбавляет путаницы вопросами. Тот сбивается, крутит листы, не может найти продолжение текста. Гнусное и позорное зрелище!
Я, естественно, начинаю подсказывать - сам-то он ни навыка, ни знаний для такого не имеет. Я уж говорю: "Да Вы просто читайте!"
А Куранова Л.А. заявляет: "А ничего у вас не получиться!"
А мне совершенно справедливо говорит: "Марк Рэмович, выйдите за дверь!"
В общем-то в последнем она - права. Я же ещё не допущен в процесс, М. заявления о моём допуске не делал. Он же побежал впереди паровоза в очередной раз. Он же решил всё сделать сам.
Я вышел.
А когда заседание закончилось отложением, я подошёл к М. и спросил:
- Я говорил Вам уже, что впредь инициатива Ваша будет наказуемой?
Он попытался что-то там начать говорить, что он, мол, просто читал. Что, мол, я сказал читать, он и читал. Начал, что называется, "включать дурака".
Тогда я ему ответил:
- Я более не буду представлять Ваши интересы ни по каким делам.
Такое со мной за последние 10 лет впервые. До этого я только дважды отказывал доверителям.
Но с другой стороны я же нянчусь с М. уже 5 лет. А если даже брать материальную сторону (хотя она, конечно, не имеет в данном случае решающего значения), то за все эти процессы за 5 лет я получил 5000 рублей. Всё!
Но отказался я всё-таки именно из-за того, что поведение человека стало непредсказуемым и зачастую вредным для дела. А получать по морде за чужие огрехи как-то не хочется.
Но о Курановой Л.А. - вопрос особый
вторник, октября 3
Стычка
Забавно... до чего дошло высокомерие судей.
Сегодня рассматривалось дело в областной коллегии (три частных жалобы по одному и тому же делу).
Итог - две были отменены, причём из-за грубых нарушений прав на защиту: не были уведомлены стороны, а одно... вот это самое интересное.
ДЕЛО БЫЛО ТАК:
Центральный районный суд в г. Новосибирске вынес определение, которым оставил без движения исковое заявление г-на А., поданное как лица, заявляющего свои требования на предмет спора, который уже вёлся производством в этом суде.
Ранее по смежному с этим делом было принято решение первой инстанцией, которое вторая инстанция оставила без изменения, но зато надзорная - расчудесный президиум Новосибирского областного суда (он стал таким с момента прихода на пост председателя г-на Михайленко) не просто приняла новые доказательства (чего, разумеется надзорная инстанция делать не имеет права ни в каком случае), и не только отменила все состоявшиеся решения, но и... вынесла новое решение по новым доказательствам и установив новые обстоятельства.
Последнее уже не вписывалось никуда. Впрочем, жалоба на постановление президиума до сих пор висит нерассмотренной в Верховном суде РФ.
Так вот, суд Центрального района сослался в своём определении на эти самые новые обстоятельства, установленные исключительно дивным постановлением надзорной инстанции как на обстоятельства, преюдициально установленные.
В жалобе мы просили не отменить определение, а именно изменить его, исключив указанные ссылки, так как то, что суд ссылается на обстоятельства, которые установлены исключительно постановлением надзорной инстанции, означает, что он воспринимает их как предустановленные (преюдициальные), а между тем, уже последнее значит, что должно считать установленным (если определение, в котором имется такая ссылка вступает в законную силу), что указанные обстоятельства установлены исключительно надзором за пределами его полномочий.
Единственными целями подачи частной жалобы было обращение внимание суда второй инстанции на тот нонсенс и парадокс, который возник, а также перенесение на некоторое время судебного заседание. Последняя цель была, конечно, достигнута..
И тут вот проявилось типичное чванство.
В коллегии участвовала судья В. Быкова. И когда встал вопрос о том, что к жалобе не приложена доверенность, она сказала, что они вынуждены "снять с рассмотрения эту жалобу". Я знал о распространённой практике такого "снятия с рассмотрения" - эта практика весьма распространена в Новосибирском областном суде.
Я заметил, что законодательство предусматривает возврат частной жалобы только из первой инстанции, но не предусматривает такого действия как "снятие с рассмотрения".
В. Быкова спесиво бросила:
- Какие все юристы у нас умные пошли!
Мой ответ (я, правда, добавил в голос металла и в упор уставился на неё) был:
- А вот оценивать мои юридические знания госпожа Быкова не будет.
Коллегия оторопела, а В. Быкова аж вжалась в кресло.
Председательствующий заметил (правда, спокойно):
- Замечание...
Я ответил:
- Я принимаю замечание и могу немедленно покинуть зал, но считаю, что поведение судьи недопустимым.
Судья В. Быкова, правда несколько вызывающе, ответила:
- Я приношу Вам свои извинения, господин Болдырев.
Не знаю, но такое начинает случаться часто. Что-то действительно случилось. Кажется, что это на меня аллергия.
... а вот жалобу они оставили без рассмотрения, поскольку... "она подана лицом, чьи права не нарушены".
И вот тут я намерен поспорить.
Да - иск подаётся в защиту прав, которые нарушены или которым угрожает нарушение.
Но в той части, которая касается жалоб такого ограничения нет. Более того, в ГПК РФ прямо сказано, что каждый участник дела имеет право обжаловать все обжалуемые действия суда и высказывать свои возражения по любым вопросам дела.
Правда, с другой стороны - частная жалоба, касающаяся оставления без движения заявления третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора - это жалоба в отношениях суда именно с этим лицом.
Но ведь опять-таки - именно в рамках самого дела. да и текстуально она была размещена в определении по этому делу.
Вообще-то ситуация на такая простая. И только по недальновидности своей судья областного суда может бросить такую вот реплику.
Впрочем, кто она такая...
Сегодня рассматривалось дело в областной коллегии (три частных жалобы по одному и тому же делу).
Итог - две были отменены, причём из-за грубых нарушений прав на защиту: не были уведомлены стороны, а одно... вот это самое интересное.
ДЕЛО БЫЛО ТАК:
Центральный районный суд в г. Новосибирске вынес определение, которым оставил без движения исковое заявление г-на А., поданное как лица, заявляющего свои требования на предмет спора, который уже вёлся производством в этом суде.
Ранее по смежному с этим делом было принято решение первой инстанцией, которое вторая инстанция оставила без изменения, но зато надзорная - расчудесный президиум Новосибирского областного суда (он стал таким с момента прихода на пост председателя г-на Михайленко) не просто приняла новые доказательства (чего, разумеется надзорная инстанция делать не имеет права ни в каком случае), и не только отменила все состоявшиеся решения, но и... вынесла новое решение по новым доказательствам и установив новые обстоятельства.
Последнее уже не вписывалось никуда. Впрочем, жалоба на постановление президиума до сих пор висит нерассмотренной в Верховном суде РФ.
Так вот, суд Центрального района сослался в своём определении на эти самые новые обстоятельства, установленные исключительно дивным постановлением надзорной инстанции как на обстоятельства, преюдициально установленные.
В жалобе мы просили не отменить определение, а именно изменить его, исключив указанные ссылки, так как то, что суд ссылается на обстоятельства, которые установлены исключительно постановлением надзорной инстанции, означает, что он воспринимает их как предустановленные (преюдициальные), а между тем, уже последнее значит, что должно считать установленным (если определение, в котором имется такая ссылка вступает в законную силу), что указанные обстоятельства установлены исключительно надзором за пределами его полномочий.
Единственными целями подачи частной жалобы было обращение внимание суда второй инстанции на тот нонсенс и парадокс, который возник, а также перенесение на некоторое время судебного заседание. Последняя цель была, конечно, достигнута..
И тут вот проявилось типичное чванство.
В коллегии участвовала судья В. Быкова. И когда встал вопрос о том, что к жалобе не приложена доверенность, она сказала, что они вынуждены "снять с рассмотрения эту жалобу". Я знал о распространённой практике такого "снятия с рассмотрения" - эта практика весьма распространена в Новосибирском областном суде.
Я заметил, что законодательство предусматривает возврат частной жалобы только из первой инстанции, но не предусматривает такого действия как "снятие с рассмотрения".
В. Быкова спесиво бросила:
- Какие все юристы у нас умные пошли!
Мой ответ (я, правда, добавил в голос металла и в упор уставился на неё) был:
- А вот оценивать мои юридические знания госпожа Быкова не будет.
Коллегия оторопела, а В. Быкова аж вжалась в кресло.
Председательствующий заметил (правда, спокойно):
- Замечание...
Я ответил:
- Я принимаю замечание и могу немедленно покинуть зал, но считаю, что поведение судьи недопустимым.
Судья В. Быкова, правда несколько вызывающе, ответила:
- Я приношу Вам свои извинения, господин Болдырев.
Не знаю, но такое начинает случаться часто. Что-то действительно случилось. Кажется, что это на меня аллергия.
... а вот жалобу они оставили без рассмотрения, поскольку... "она подана лицом, чьи права не нарушены".
И вот тут я намерен поспорить.
Да - иск подаётся в защиту прав, которые нарушены или которым угрожает нарушение.
Но в той части, которая касается жалоб такого ограничения нет. Более того, в ГПК РФ прямо сказано, что каждый участник дела имеет право обжаловать все обжалуемые действия суда и высказывать свои возражения по любым вопросам дела.
Правда, с другой стороны - частная жалоба, касающаяся оставления без движения заявления третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора - это жалоба в отношениях суда именно с этим лицом.
Но ведь опять-таки - именно в рамках самого дела. да и текстуально она была размещена в определении по этому делу.
Вообще-то ситуация на такая простая. И только по недальновидности своей судья областного суда может бросить такую вот реплику.
Впрочем, кто она такая...
Подписаться на:
Сообщения (Atom)
